Молчание стало напряженным. Вадим вдруг ощутил его как твердое инородное тело, неожиданно врезавшееся в его ладони. Ему стало физически больно. Эта боль испугала его и заинтересовала так сильно, что Вадим снова удивился. Что происходит? Отчего ему больно, когда она молчит?

Джин, и вправду, молчала, а в салоне машины вдруг сделалось тесно, как бывает в комнате, где расстаются двое людей, вместе переживших самую лучшую ночь в своей жизни. Расстаются по какой-то глупости, под влиянием собственных пороков или обстоятельств, которые никто из них даже не попытался преодолеть.

Это сравнение поразило его, как выстрел в упор, и причинило боль, как пуля в глубинах позвоночника. Вадим вдруг понял, что впадает в какое-то странное состояние — почти шок. Почему рядом с этой девчонкой его преследуют такие странные мысли? Что с ней не так? Что не так с ним? Может, происходит что-то странное с ними обоими и впору об этом задуматься? Может, он тоже остался без крыши — так же, как осталась без крыши она?

Эти мысли, опять-таки, были для него новыми. Думать так было неприятно и странно. И Вадим поспешил разбить молчание молотом своего голоса. Впрочем, молчание не рассыпалось на мелкие кусочки, а лишь треснуло вдоль, как антикварное зеркало в доме, в котором давно никто не живет и не будет жить никогда…

— Как ты сказала твой адрес? Повтори, пожалуйста.

Вадим включил навигатор, и прибор замигал серебристым светом. В салоне джипа стало светлей.

— Покровский переулок, дом восемь, — повторила Джин, не поворачивая головы и по-прежнему глядя в окно.

Его суперсовременный навигатор был подключен к интернету, как и мобильный телефон. Автоматически Вадим ввел карту в поисковую строку Гугла, и вдруг…

Навигатор начал показывать что-то странное. Вадим повторил запрос и снова удивился — что-то явно было не так. Он даже присвистнул вслух — Джин тут же оторвалась от окна.

— Что случилось? — глаза ее мерцали в тусклом салоне, как у разъяренной кошки. Это почему-то осталось в его памяти, как и странная мысль — чем он мог ее обидеть? Он не понимал.

— Ты уверена, что это жилой дом? — он нахмурился. — Ты ничего не перепутала?

— Нет, конечно, — в ее голосе послышалась злость. — Я не настолько сумасшедшая, чтобы не помнить свой домашний адрес, хотя я и поселилась в этом доме недавно.

— Карта показывает, что на этом месте находится нежилой аварийный дом, предназначенный на снос, — сказал Вадим.

— Чушь собачья! — Джин пожала плечами. — Просто карта неточная, вот и все. Старая какая-нибудь…

— А дом-то новый? — спросил он.

— Дом старый, но совершенно не аварийный. В нем живут люди. Полно. Странные люди…

— Почему странные? — поинтересовался Вадим.

— Ребенок орет за стенкой всю ночь, — вдруг выпалила Джин. — Совершенно ненормально так вести себя с ребенком!

— Откуда ты знаешь? У тебя что, есть дети? — Вадиму вдруг захотелось ее подразнить, но он совершено не ожидал того, что произошло через секунду. Джин вдруг вскинула на него абсолютно дикие глаза разъяренной ведьмы и вцепилась в руль. Машину понесло в сторону.

— Сумасшедшая! — завопил Вадим. — Ты что творишь?!

Он был так напуган, что даже позабыл все матерные слова — настолько неожиданным было поведение этой странной девицы, этого чудовища, которое вдруг оказалось в его машине и уже успело вывести его из себя, причем несколько раз подряд.