Глава V

МЕСТЬ НЕДООЦЕНЕННОЙ ЖЕНЫ

– Ты собираешься когда‑нибудь отсюда выйти? – спросила Маб. – Я есть хочу.

– Я тоже, – нехотя признался Красный Лис. – Судя по солнцу, там, внизу, уже пообедали.

– Так, может, мы вылезем, наконец из постели, и присоединимся?

– Ты полагаешь, нас накормят? Лично я склонен опасаться за свою шкуру.

– Да что такого особенного?

– Я изменил жене, как ты, может быть, заметила.

– Ты думаешь, она караулит с той стороны двери с поварешкой наперевес?

– Я не готов к встрече с ней, – помолчав, сказал Красный Лис. – Может быть, столь великая фея, как ты, сумеет колдовством утолить наш голод?

– Я могу наколдовать даже жареного быка, – засмеялась Маб. – Он будет умопомрачительно пахнуть и застревать в зубах. Но, дорогой мой, чтобы утолить голод, нужно нечто материальное. В еде, как в любви. Я могла бы создать из ветра и солнечного света самого прекрасного рыцаря, но… проку от него было бы, как от полена. И даже меньше – полено‑то хоть на дрова сгодится.

– Может быть, – предложил Гилиан, – нам удастся незаметно прокрасться в буфет и что‑нибудь там стащить?

– Идет, – немедля согласилась Маб.

Со всеми предосторожностями они отворили дверь и выскользнули на полутемную лестницу. Там их никто не ждал.

– Да будет весь наш дальнейший путь столь же удачен! – провозгласила Маб.

Слова ее сбылись. В буфете им удалось обнаружить бутылку вина, немного хлеба, сыра и холодного мяса. Все это изобилие повергло их в буйный восторг, о чем они вполголоса, как заговорщики, поведали друг другу.

– Ну вот, – сказал Красный Лис, – теперь я снова сыт и храбр. Только я все равно не знаю, что мне сказать Роанон.

– Скажи, – посоветовала Маб, – извини, дорогая, так получилось. Лис, в твоем замке всегда так тихо?

– Это, наверное, оттого, что машина отключена. Я сам глохну от этой тишины. Маб… Твои чувства ничего тебе не говорят?

Маб уже минуту сидела с хмурым и напряженным видом.

– Лис, – сказала она. – Тут что‑то неладно. На твоем месте я бы проверила, где дети.

Гилиан глянул ей в глаза, и ее тревога передалась ему. Он стремительно вышел из буфетной. Маб, секунду поколебавшись, поспешила за ним.

В детской они обнаружили неубранные кроватки, наглухо закрытое окно – на рассвете в спальне детей окно всегда распахивалось – и янтарные шарики, рассыпавшиеся по полу.

– Роанон! – крикнул Лис. Ему ответило только эхо. Почти бегом он бросился в спальню. Там его ждала та же картина – разбросанная постель, духота… И ни следа Роанон.

Взгляд Гилиана метался по стенам комнаты, как будто он в гневе рубил мечом мебель. Затем он оборвал шнур звонка. В комнату вбежала перепуганная горничная.

– Где леди? – рявкнул Лис. В волнении и тревоге он совсем забыл, что побаивался встречи с женой.

– Леди с мальчиками уехали на рассвете, – отвечала девушка. – Она даже не причесалась и забрала детей прямо в пижамах.

– О, дьявол! Куда она могла поехать?

– Я не знаю, сэр.

Гилиан отмахнулся от нее: проку все равно не было.

– Я понимаю, если бы она уехала одна, – сказал он хмуро. – Но забирать детей она не имела права. Тем более в пижамах.

Он попытался сосредоточиться, чтобы прибегнуть к внутреннему зрению, но бешенство не давало ему такой возможности.