После короткого перекуса консервами легли спать. На пол постелили туристические карематы и спальники. Трое худых уместились на лавках. Я не относился к числу задохликов, и мне пришлось укладываться на полу. Бок о бок с врагами.

Не спал лишь один часовой. Он сидел в кабине на водительском месте и крутил головой по сторонам, готовый в любой момент завести машину и выехать на шоссе.

— Теперь я понял почему жнецы не спрятали броневик в лесу. Они делали ставку не на скрытность, а на прочность брони и мощь авто. При любой опасности они смогут уехать. А если враг будет не слишком силен, то смогут принять бой.

Но в этот раз жнецы ошиблись. Никогда нельзя недооценивать врага. Даже если этот враг слабее тебя. То что случилось этой ночью послужило им уроком…

Я уже почти уснул под мерный храп профессора, как вдруг почувствовал запах гари. Открыл глаза и увидел, как красные отблески пробиваются сквозь забрала зарешеченных окон.

— Подъем! — заорал я.

Глава 22

Я вскочил и принялся расталкивать спящих жнецов. Твою ж мать, нас подожгли! Часовой храпел в кабине. Через переход из фургона виднелся его силуэт, со свесившейся на грудь головой. От моего крика он вздрогнул и тоже вскочил, бухнувшись головой о потолок кабины.

Первым пришел в себя Кастет. Он схватил автомат и заорал на часового:

— Заводи машину, ублюдок, ты все проспал!

Перепуганный часовой повернул ключ в зажигании, двигатель чихнул и завелся. Водитель надавил на газ и машина резко рванула вперед. Но тут же качнулась, чуть не опрокинувшись. Под колесами послышался треск, будто они пытались перемолоть бревна.

Броневик еще раз дернулся, пытаясь выбраться из ловушки, но тщетно. Под его колеса явно что-то подложили.

— Сейчас на воздух взлетим! — крикнул Кастет. — Если бензобаки взорвутся, сгорим заживо. Прикройте меня, всем приготовиться покинуть машину. Открывайте люк!

Я знал, что их ждет, если открыть люк. Поэтому схватил перепуганного Зиновьева и затолкал его под лавку. Сам укрылся под соседней. Это не моя война, нам сейчас главное выжить. Возможно, напавшие — наши союзники.

Люк распахнулся, и первый жнец спрыгнул на землю. Но еще в полете его скосила пуля. Со стороны зарослей откуда-то из темноты забахали выстрелы, и пули влетели в фургон, выбивая искры по железной обшивке. Двое жнецов с криками попадали, сраженные пулями. Кастет укрылся за проемом люка.

— Выходим одновременно через двери кабины и через люк! — крикнул он. — Приготовились! На счет три! Раз, два, три!

Двери кабины распахнулись и оттуда попрыгали жнецы. Стрелки переключились на них, пытаясь достать. Судя по глухим одиночным выстрелам палили из ружей.

Воспользовавшись суматохой, Кастет выпрыгнул из люка и перекатом ушел в сторону. Он вжался в землю и открыл огонь из автомата по кустам, откуда доносились выстрелы. Пули срезали ветки, и ружья на миг захлебнулись. Оттуда послышались крики и стоны. Кастет попал в цель и дал время жнецам покинуть броневик.

Я выскакивать наружу не торопился. Даже если рванет бензобак, броня выдержит взрыв и у меня будет еще несколько минут чтобы покинуть машину, пока фургон не превратится в раскаленную сковородку.

Профессор что-то громко бормотал и порывался выскочить наружу.