Изменить размер шрифта - +

– Как тебе понравился Вашингтон? – спросила она после приветственного поцелуя.

– Там ничего не меняется. Меня возили из одного места в другое. По их мнению, ученые могут не спать. – На пути к машине он взял ее за руку.

– Зачем тебя вызывали? – поинтересовалась Кэнди, когда они вышли из здания аэропорта.

– Русские провели крупное испытание, – ответил Грегори и оглянулся вокруг. Вообще‑то он нарушил правила сохранения государственной тайны, но разве Кэнди не была членом команды? – Они сбили спутник – с помощью наземного лазера, размещенного в Душанбе. Все, что осталось от спутника, походило на пластмассовую модель, которую поместили в микроволновую печь.

– Плохо, – заметила доктор Лонг.

– Это уж точно, – согласился доктор Грегори. – Но у них возникли трудности с оптикой – рассеивание луча и его колебание. Не приходится сомневаться, что у них нет никого, кто вроде тебя способен создавать зеркала. А вот специалисты по лазерам у них, по‑видимому, хорошие.

– Насколько хорошие?

– Настолько, что сумели сделать такое, что нам не пришло в голову, – проворчал Эл, направляясь к своему «шеви». – Садись за руль, я еще не пришел в себя после полета.

– Мы сможем разобраться в этом? – спросила Кэнди, отпирая дверцу.

– Рано или поздно. – Доктор Грегори не стал вдаваться в подробности, даже разговаривая с невестой.

Кэнди забралась в машину и открыла правую переднюю дверцу. Как только Эл устроился на сиденье и пристегнулся ремнями безопасности, он тут же приподнял крышку «бардачка» и достал бисквит. У него всегда хранился здесь запас «Твинки». Бисквит был черствоват, но Эл не обращал внимания на такие мелочи. Иногда Кэнди задумывалась, а не объяснялась ли его любовь к ней тем, что ее имя напоминало ему о дешевых сладостях.

– Как продвигается работа над новым зеркалом? – спросил он, откусив половинку бисквита.

– У Марва возникла новая мысль, и сейчас мы ею занимаемся. Он считает, что вместо того, чтобы утолщать слой отражающего покрытия, его нужно сделать тоньше. На будущей неделе собираемся попробовать.

– Для такого старика, как Марв, у него немало свежих идей, – заметил Эл. Марву Грину исполнилось сорок два года.

– Его секретарша тоже считает Марва большим оригиналом, – рассмеялась Кэнди.

– Не надо было ему связываться с женщинами, с которыми вместе работает, – совершенно серьезно заметил Грегори и лишь спустя мгновение поморщился, поняв смысл собственных слов.

– Ты прав, милый. – Она повернулась к Элу, и оба улыбнулись. – Ты очень устал?

– Нет, я выспался во время перелета.

– Отлично.

Перед тем как обнять ее, Грегори смял обертку и бросил ее на пол, где она присоединилась к нескольким десяткам других. Ему приходилось часто летать, но Кэнди знала, как помочь Элу преодолеть влияние смены часовых поясов.

– Ну как, Джек? – спросил адмирал Грир.

– Меня не покидает тревога, – признался Райан. – Мы оказались свидетелями испытания, проведенного русскими, по чистой случайности. Они все рассчитали блестяще. Все наши разведывательные спутники находились за пределами оптического горизонта. Они полагали, что мы не узнаем о проведенном испытании – ничего удивительного, поскольку русские нарушили договор о запрещении ПРО. Впрочем, это всего лишь техническое нарушение, – пожал плечами Джек. – Все зависит от того, как истолковывать текст договора. Существуют два метода толкования его – «строгое» и «свободное».

Быстрый переход