Именно по этой причине, больше чем по любой другой, Восток боялся Запада. С того самого момента, когда Ленин захватил власть в России – и‑переименовал ее в Советский Союз, – коммунистическое правительство тратило миллиарды на шпионаж в западных странах. Главной целью советской разведки, как и разведывательных служб всех остальных стран, было предсказать поведение противника – в данном случае стран Запада.

Однако, несмотря на бесчисленные тактические успехи, основная проблема оставалась нерешенной: снова и снова советское правительство неправильно истолковывало намерения и действия западных стран. В ядерный век непредсказуемость могла значить, что психически неуравновешенный американский президент – или, хотя и в меньшей степени, французский или английский глава государства – мог положить конец существованию Советского Союза и таким образом на несколько поколений отодвинуть неизбежное торжество мирового социализма. Для русских первая опасность являлась более серьезной, поскольку ни один русский не хотел, чтобы в мире восторжествовал социализм под китайским руководством. Наибольшую угрозу марксизму‑ленинизму представлял западный ядерный арсенал; основной задачей советской военной машины была нейтрализация этой опасности. Однако в отличие от Запада русские не рассматривали предотвращение использования этого арсенала просто как предотвращение войны. Поскольку русские считали Запад политически непредсказуемым, по их мнению, недостаточно было соглашения о недопущении использования западного ядерного арсенала. Они считали необходимым ликвидировать или по крайней мере ослабить его на случай, если разногласия зайдут дальше простых слов.

Ядерный арсенал Советского Союза был рассчитан именно на решение этой задачи. Нетрудно уничтожить города противника с миллионами их жителей, а вот уничтожить вражеские ядерные ракеты намного труднее. Для уничтожения американских ракет понадобилось несколько поколений исключительно точных – и невероятно дорогих – баллистических ракет, таких, как СС‑18, единственным назначением которых было превратить в радиоактивную пыль американские «Минетмены», а также базы стратегических бомбардировщиков и подводных ракетоносцев. Почти все эти цели – за исключением авиационных баз – находились вдали от населенных пунктов; соответственно ядерный удар, целью которого являлось устранить угрозу со стороны Запада, не обязательно приведет к мировой катастрофе. В то же самое время у американцев недостаточно точных ядерных боеголовок для того, чтобы таким же образом вывести из строя советские ракетные базы. Следовательно. у русских было преимущество – они могли нанести удар, нацеленный против ядерных баз, а не против людей.

Однако и у русских было слабое место. Оно касалось ядерных ракет морского базирования. Больше половины всех американских боеголовок размещалось на атомных подводных лодках. Командование американского военно‑морского флота считало, что советские подводные лодки не способны следить за американскими ракетоносцами. Это было не совсем верно. Русским удавалось следить за ними ровно три раза за двадцать семь лет, причем не дольше четырех часов. Несмотря на целое поколение работы советского ВМФ, никто не решался предсказать, что когда‑нибудь удастся достичь успеха в этой области. Сами американцы признавались, что не в состоянии «садиться на хвост» собственным подводным ракетоносцам. С другой стороны, они в состоянии были следить за советскими подводными ракетоносцами, и по этой причине русские никогда не размещали в море больше весьма незначительной части своего ядерного арсенала и до недавнего времени ни одна из сторон не имела возможности разместить на подводных ракетоносцах достаточно точные ракеты, способные нанести удар по ядерным базам.