От чего-то надо отказываться. Реально смотреть на жизнь. Реально. Только вот жаль, что Юлиана нет. Если бы он был здесь, я бы сейчас не размышляла о всякой ерунде, я бы прильнула к нему, ощущая огненное тепло, бегущее по телу, наслаждаясь одной его близостью…

Дверь скрипнула, полоса света упала на темный пол. Тавита постояла немного в дверях. Увидела меня. Подошла медленно.

— Крис? Ты чего здесь?

— Так, - неохотно ответила я. Тавита помолчала. Не знает, что сказать. И уйти, вроде как-то… мы же подруги.

— Тебе грустно?

— Да нет… так… не хочется со всеми сидеть.

— Ты из-за Юлиана? - догадалась Тавита. Взяла меня под руку. Я отвернулась.

— Да не знаю… хотелось, конечно, чтобы он был со мной, но он же не обязан. И потом… вообще…

Я замолчала. Тавита вздохнула.

— Да уж, не везет тебе…

— Понимаешь, - сказала я, - мне так сложно его понять. Мы встречаемся уже два месяца. Йэн… он после месяца знакомства уже предложил помолвку.

— Ну два месяца - это еще никакой не срок. Это наоборот, с Йэном слишком быстро. У нас с Иостом это произошло через полгода знакомства, у многих и дольше… Это нормально, Крис.

— Да, да, ты права, дело, конечно, не в сроке. Дело в самих отношениях… - я умолкла.

Это не выговорить вслух. Не рассказать постороннему человеку. А дело в том, что с Юлианом мы стали слишком уж близки. С Йэном не было - так. Он ко мне ТАК не прикасался. Никогда. Хотя мы целовались, да. И то целоваться начали уже после помолвки. И все равно отношения наши оставались скорее дружескими. Мы были близки, но как товарищи, мы хорошо понимали друг друга, с Йэном хорошо было вместе разговаривать, молиться, петь. Да, как подружка - только в мужском роде. Может, поэтому так и не тянуло к нему. Я спокойно ко всему относилась - ну вот закончу школу, поженимся. Куда торопиться?

А Юлиан мне - не подружка. Он мужчина. Мой мужчина. И я интересую его как женщина, а не как "товарищ и сестра". В первый раз меня шокировало, когда он начал прикасаться ко мне так. Но ведь мы взрослые люди, и зачем же скрывать от себя собственную сексуальность? Делать вид, что ее нет? Мы же медики, и уж это должны понимать. Физиологию давно сдали.

Он прав. Но так гораздо труднее терпеть… до свадьбы. А если подумаешь, что и свадьбы-то, скорее всего, не будет… Ведь не заметно, чтобы он стремился хотя бы к помолвке. И вообще, я еще не знаю, хочет ли он связать со мной свою судьбу. Потому что из его приставаний очевидно, что да - он хочет, чтобы я стала его женой. Но из всего остального его поведения… за все время он ни разу не подарил мне цветы. Никуда не пригласил, кроме своей бани. И вот сегодня даже, в такой день - его нет, он где-то… или с кем-то другим.

Но ведь не расскажешь это Тавите… Как говорить о таком?

— Понимаешь, я не знаю, как он относится ко мне. Любит ли он меня. Чего он вообще хочет от наших отношений… от меня.

Тавита сочувственно положила руку мне на плечо.

— Ну ничего, Крис… Это выяснится скоро. Ты не переживай так.

Вечером Ясли были освещены таинственным светом ночника, замаскированного под лампу в хлеву. Сейчас же, при свете дня, уже ничего сказочного не было в этом вертепе, который ежегодно собирали у нас в холле конвиктуса. Младенец в Яслях, тщательно укрытый кусочком белого пуха. Искусно вырезанные лица святой Мари и святого Иоста. Овцы, собаки, пастухи. Я с детства люблю рассматривать вертепы, и строить тоже. Мы с девчонками у себя в комнате тоже собрали маленький вертеп, и даже Вифлеемскую Звезду повесили, сами смастерили из лампочки и тонкого пластика.

Мне особенно нравилась пастушья собака.