Андреас рассказывал Элвин о своей юности, а она узнавала себя. Вспоминала, как мечтала о путешествиях и в тесном домике в Уэльсе, где жила со своей молчаливой матерью, и в гулких серых залах королевского дворца в Париже. Однажды она спросила Андреаса, сбылись ли его мечты.

— С лихвой, — ответил он. — Потому что я и не мечтал иметь такую красавицу жену и детей.

Элвин грустно кивнула. Ее мечты так мечтами и остались. Андреас поставил сумку на стол.

— Я помню, что обещал показать тебе все расчетные премудрости, но сама видишь, как много в последнее время работы. — Элвин собиралась возразить, но он поднял руку. — Тебе придется поехать вместо меня на весеннюю ярмарку в Кабул. Никколо не может, он отплывает в Венецию. А Бесина на сносях, и я не могу оставить ее здесь одну даже на день. — Всмотревшись в лицо Элвин, он улыбнулся. — Ты удивлена?

— Я никогда прежде не покупала крупные партии товара.

— Как же не покупала?

— Только с вами.

Андреас покачал головой:

— Не знаешь ты своих талантов, Элвин. Я за тобой давно наблюдаю и вижу, как ты хороша.

Элвин, конечно, была смышленой и быстро всему училась, но не эти качества делали купца богатым, а обаяние. И тут ей не было равных. На базарах Акры местные купцы Элвин обожали. Когда Андреас в первый раз взял ее с собой, чтобы научить определять качество ткани, он был потрясен, когда купцы для нее снижали цены. Она так мило с ними разговаривала, смущенно смеялась, задавая вопросы на арабском, из которого знала всего несколько слов. Много позже она призналась, что ее часто посылали на рынок в Париже покупать небольшие безделушки для королевы.

— А на дорогах не опасно? — спросила Элвин.

— Тогда я бы тебя не посылал, — ответил Андреас. — Мирный договор с султаном Бейбарсом действует, и мы можем спокойно путешествовать по дорогам паломников в Палестине. До Кабула меньше дня езды верхом. И с тобой поедут Джорджо и Таксу.

Эти люди всегда сопровождали Андреаса, когда он ездил покупать шелка. Джорджо был отставной венецианский воин городской гвардии, а Таксу — бывший невольник бедуин, которого Андреас купил на базаре в Акре пятнадцать лет назад. На следующий день он отпустил молодого бедуина на свободу и предложил платить ему жалованье. С тех пор Таксу служит ему проводником и толмачом. Элвин нравились они оба.

— Ты можешь взять с собой Катарину, она ездит туда со мной каждый год, — добавил Андреас, видя, что Элвин согласна. — А Бесине нужен покой.

— Хорошо. Спасибо вам. — Элвин улыбнулась. Затем показала на полки: — Все готово. Нужно еще что-нибудь сделать?

— На сегодня мы работу закончили. Но у меня к тебе вопрос. — Андреас наклонился через стол. — Элвин, мужчина, с которым ты встречаешься. Кто он?

Она вздрогнула, как от удара.

— Это я узнал от Катарины, — сказал он.

Элвин опустила голову.

— Андреас, извините, я…

— Все в порядке, я за тебя рад.

— Рады?

— Ты красивая женщина, Элвин, и тебе почти тридцать. Ты слишком долго живешь одна. Бесина вышла за меня в четырнадцать лет. — Андреас покачал головой. — Теперь по крайней мере я понимаю, почему ты отвергла Никколо.

Щеки Элвин вспыхнули еще сильнее.

— Это вовсе не потому, что я… — Она осеклась, подбирая нужное итальянское слово.