Вверх по дороге был поворот, которым они пользовались в прошлый раз. Скотт Бой включил свет в грузовике, сказав:

— Давай сначала поглядим её.

Гут припарковался на залитой лунным светом поляне. Девушка всё ещё не пришла в себя после удара монтировкой; её голова просто болталась, как будто у неё не было шейного позвонка.

— Похоже, что мы получили хороший товар, — сказал Скотт Бой и стянул с девушки одежду.

У неё было приличное тело и неплохие, но немного дряблые сиськи, вьющиеся чёрные волосы и…

— Господи Иисусе! — воскликнул Скотт.

Гут тоже это заметил.

Эта девушка…

У неё были некоторые странности: у неё не было пупка, и у неё было шесть пальцев на левой руке и не более трёх на правой. В интимном месте она была совершенно безволосой. Но не это было причиной восклицания Скотта.

Её лицо…

— Святое дерьмо, Гут! Ты веришь в это?

Лицо этой девушки выглядело немного кривым: какой-то расплющенный нос, одно ухо ниже другого, и эти грязные, как у собаки, чёрные волосы, свисающие на лоб, который выглядел очень странно и округло. Но ещё более странными были её глаза.

— Посмотри ей в глаза, — прошептал Скотт Бой.

Они были большими, но один, несомненно, был больше другого и выше расположен на лице, и глаза были ярко-красного цвета, почти как кровь. Гут никогда в своей жизни не видел таких глаз…

— Гут, я ни разу не встречал такой стрёмной девчонки, — заметил Скотт Бой.

— Она вырожденка.

— Что?

— С врождёнными уродствами, Скотт. Как те, о ком я говорил раньше. Это крикер.

Лицо Скотта Боя стало задумчивым.

— Знаешь, я никогда не видел их так близко. Как они вообще появились?

— Кровосмешение, наверное, — ответил Гут. — Мой отец рассказывал мне об этом однажды. Все эти вещи в людях вызываются кровосмешением. Гены, мать их…

— Вот как…

— Точно, Скотт. С генами шутки плохи, эти штуки очень хрупкие. И вот что происходит: эти бедные семьи, живущие далеко в глуши, совокупляются с кем попало. Отцы трахают своих дочерей, как ни в чём не бывало, и братья резвятся вместе со своими сёстрами, и матери удовлетворяют свою похоть с сыновьями… снова и снова в течение долгого времени. Вот и происходит то, что называется кровосмешением. Их гены путаются, и дети выходят такими, как эта девчонка. И они зовутся крикерами.

— Крикеры, — пробормотал Скотт, глядя на девушку. — Разве это не круто?

Девушка начала просыпаться, издавая странные звуки, похожие на «аллап-аллап-аллап-гарруп». И эти её большие красные глаза, казалось, смотрели вверх, ничего не видя. Гут, в своей неоспоримой эрудиции, объяснил, что большинство крикеров очень отсталые в развитии из-за того, что их мозг тоже недоразвит. Большинство из них едва могут говорить или только бормотать что-то. Потому что они вырожденцы, вот почему они такие тупые.

Затем искривлённый рот девушки начал шевелиться, она моргнула своими большими красными глазами и что-то пробормотала.

— Что такое, девочка? — насмешливо спросил Скотт. Он захохотал и ударил её по лицу. — Что ты говоришь?

— Аллап-гарруп, — сказала она.

— Да уж, она глупее собачьего дерьма, — решительно заявил Скотт «Бой», ухмыляясь в свете фонаря.

Он начал снимать штаны.

— У тебя там большая дырка, не так ли? Потому что я намереваюсь спустить в тебя всё содержимое своих яиц. Думаю, что я кину палку тебе несколько раз, так как ты понравилась моему маленькому приятелю.