– Действительно, я об этом не подумала! Ты переночуешь у нас или поедешь в Вулвершем с Саймоном?

– Ни то, ни другое: я вернусь в Лондон. Можешь представить себе мой завтрашний день – мне придется рыскать по городу, узнавая, куда подался Неттлкумб! Ох, ладно! Это мне урок: не кидаться на выручку девицам, попавшим в беду!

– Не проверив заранее, удастся ли выйти сухим из воды, – насмешливо добавила она.

– И не убедившись, что Хетта готова выручить меня из любой передряги, – добавил он и поцеловал ей руку. – Благодарю тебя, мой лучший друг. Обязан тебе бесконечно!

– Ох, болтун! Если ты собираешься сегодня мчаться в Лондон, лучше попрощайся сейчас со своей подопечной, потому что я намерена немедленно уложить ее в кровать: у нее от усталости глаза слипаются. Я попросила Гримшоу позаботиться об ужине для тебя, Саймон собирался составить тебе компанию.

– Бесконечно благодарен! – И виконт пошел попрощаться со своей протеже, а Черри торопливо вскочила, когда он подошел к дивану, и виконт подумал, что у нее действительно очень усталый вид. Она с заметным усилием улыбнулась и хотела было снова начать благодарить его, но виконт похлопал ее по руке и отеческим тоном попросил быть хорошей девочкой. Потом он пообещал леди Силвердейл зайти попрощаться, когда поужинает, и отправился в столовую.

Там в небрежной позе, боком, опершись одним локтем на стол и вытянув перед собой длинные ноги, задрапированные избыточным количеством ткани в подражание Питершему, сидел его брат. Около него стоял графин с бренди. Гримшоу, лицо которого выражало смертельную обиду, с поклоном проводил Десфорда к столу и извинился за скудное меню: омары и цыплята кончились за обедом.

– И миндальные пирожные с сыром, которые горячо одобрил мистер Саймон, тоже, – с нажимом добавил он.

– Другими словами, я их слопал, – пояснил Саймон. – Они были чертовски хороши! Я бы хотел, чтобы вы отказались от своей постной мины, Гримшоу! Вы весь вечер ходите с похоронным видом, меня это страшно угнетает.

– Боюсь, твой костюм произвел на него слишком сильное впечатление, – заметил виконт, накладывая на свою тарелку маринованного лосося. – И трудно винить его в этом. Ты в нем – форменный шут. Вы согласны со мной, Гримшоу?

– Я бы сказал, милорд, это не совсем тот стиль, который я одобряю. И не тот, если мне будет позволено высказать свое мнение, который подобает молодому джентльмену.

– Вы просто безнадежно отстали от моды! – возразил Саймон. – Это самый модный стиль, его ввел Питершем!

– Милорд Питершем, – с достоинством парировал Гримшоу, – пользуется репутацией эксцентричного джентльмена и часто появляется в костюме, который иначе как ни на что не похожим не назовешь.

– И кроме того, – добавил Десфорд, когда Гримшоу вышел, – Питершем на добрых пятнадцать лет старше тебя и не выглядит торговцем макаронами, что бы он на себя ни нацепил.

– Полегче, братец! – предостерегающим тоном произнес Саймон. – Еще немного в том же духе – и ты рискуешь получить хороший щелчок по носу!

Десфорд расхохотался и с помощью монокля оглядел расставленные на столе блюда.

– Правда? И тем не менее, Саймон, твои штаны– это нечто невозможное! Но я вовсе не собираюсь обсуждать твою одежду, есть предметы и поважней.

– Ну, раз уж ты переменил тему, я как раз тоже хотел сказать тебе нечто важное! Как удачно вышло, что я остался обедать. Займешь мне пятьсот фунтов, Дес?

– Нет, – спокойно ответил Десфорд.