Получилась классическая западня – каким бы путем не пойди, все равно получается плохо. Поэтому Триумвират выбрал из зол меньшую. Все ненастоящие, «назначенные» принцы, будут участвовать в отборе наравне с принцами и принцессами Крови.

Сенер Драйзер выслушал решение спокойно, его лицо так и осталось безучастным, однако в глазах голограммы явно появился победный блеск. И все трое поняли, что хотя для Империи они выбили еще какое–то время спокойной жизни, то для них она закончилась. Как только голова Драйзера над тактическим столом растаяла в воздухе, адмирал в сердцах выдал тираду, почти полностью состоящую из армейских словечек, из которых самое мягкое – старый ублюдок.

Больше обсуждать нечего, надо срочно готовить свои ведомства к изменившимся условиям существования. Поэтому тройка сразу разъехалась. Хоть они и заботились об одном деле, секреты у каждой службы свои.

Глава МРОБ первым делом приказал усилить охрану всех возможных претендентов на трон.

Адмирал вызвал старшего группы аналитиков Объединенного Штаба и поставил ему необычную задачу.

Профессор же заперся в своем кабинете и почти шесть часов общался только с Информаторием.

***

Планета выглядела прекрасно. Именно о такой мечтал когда–то Шнорг Кенич. Конечно, это происходило давно, еще до войны. И даже до Академии. После того как он поступил в Академию Спецназа и тем более во время войны, о мечте пришлось забыть. Однако война закончилась, и вольнолюбивого горца все–таки вышибли из армии. Хотя специалистов такого уровня – он с отличием закончил Академию и на войне с Нифлянцами показал себя настоящим бойцом – никогда не увольняют, но из любых правил есть исключения.

Виной всему планета Шор. На всей планете не найти поляну сто на сто шагов, чтобы на ней не случилось перепада высот. Это планета гор. Больших и очень больших. Пересекающих материки горные хребты и рассекающие эти хребты ущелья; сверкающие ледники и белеющие снежные шапки; стремительные реки, играющие множеством водопадов, и удивительно яркая альпийская зелень в межгорных долинах; прыгающие по почти незаметным выступам скал горные ксеры и кружащие высоко в небе длиннокрылые альтеки. И высокие, почти как окружающие их скалы, стальные башни горцев – потомков древнего колонизаторского отряда Империи.

Чтобы обжить такую суровую планету нужно немало мужества, терпения и трудолюбия. Поэтому из первой колонии на планете задержалось не больше пятой части. Остальные завербовались в другие экспедиции искать более спокойные миры. Потом психологи из Имперской Службы Колонизации выяснили, что за тип людей смог прижиться на этих склонах. Все они являлись яркими индивидуалистами. Как оказалось, здесь легче всего прожить небольшими общинами, лучше всего одной семьей. Больших долин, пригодных для строительства городов, нашлось совсем мало. Вернее, всего одно. Там, где приземлились первые шаттлы с транспортника. Сейчас там, при космодроме, до сих пор находится центральная власть планеты – Представительство Империи на планете Шор.

 Остальные же, расселившиеся по всему Шору, лишь изредка наведываются туда в случае необходимости. Все индивидуалисты и любители свободы нашли здесь свой рай. Нетерпимость к любой власти расцвела пышным цветом. Однако эти же условия сплотили Шорцев. Это можно посчитать тем самым исключением из правил, но эти индивидуалисты дома, в других местах, становились самым сплоченным землячеством. Шорец, даже ценой своей жизни, должен поддержать земляка. И через несколько поколений этот образ жизни не растворился в обществах других планет.

У детей и внуков колонистов эти черты характера только прогрессировали. Шнорг Кенич являлся ярким представителем этого мира – настоящий Шорец. Но он оказался гораздо спокойнее своих земляков. Среди Шорцев он выглядел флегматиком. Но все это до определенной черты. Стоило её переступить, и всё – кровь горца вступала в свои права.