— Сможешь нас соединить?

— Говори, — кивнул перевертыш, кладя мне руку на лоб, — он тебя услышит.

— Бруно, это я, Михаил, — произнес я, чувствуя, как окружающее пространство становиться каким-то вязким, что ли? — У нас проблема. Мой одноклассник Мирон решил поиграть в героя и сейчас приближается к лагерю северян. Я не успеваю его перехватить.

— Мальчик решил погеройствовать? — у меня в голове прозвучал низкий голос Бруно. — Есть план?

— Мой план — это ты, — честно признался я.

— Помнишь тот пригорок на границе наделов? — несколько секунд спустя отозвался Бруно. — Там, где мы оставили для северян сюрприз?

— Да.

— Ты готов пожертвовать ловушками ради этого пацана?

Ловушки, потенциально могли уничтожить от десяти до тридцати процентов вражеских воинов.

И я прекрасно понимал вопрос Бруно.

Если воспользоваться ловушкой сейчас, то завтра, прежде, чем выдвинуться в нашу сторону, северяне тщательно проверят маршрут.

Вот тебе и выбор…

Жизнь Мирона или повышенный шанс отбиться от северян?

Выбор, конечно, полегче, чем Мирон или план надела, но всё же…

— Он друг, — я помотал головой, избавляясь от подленьких мыслишек. — Он в моей команде. Он… часть семьи.

— Понял тебя, — усмехнулся Бруно, а почувствовал в его словах… азарт и одобрение? — Двигайся к пригорку и жди.

— Чего?

— О! — от Бруно, несмотря на расстояние повеяло кровожадностью. — Ты поймешь.

— Все, — Ворон обессилено откинулся назад, отрывая руку от моего лба и разрывая тем самым сеанс. — Это оказалось сложнее, чем я думал. Мне бы ещё пару капель…

— Не наглей, Ворон, — нахмурился я, проверяя все ли в порядке, ничего ли не будет мешаться при беге. — Иначе кончишь, как Тигр.

— Сравнил, — недовольно скривился перевертыш. — Мне всего пару капели и для дела!

— Ты со мной? — я проигнорировал его намек.

— Сил нет, — Ворон выжидающе посмотрел на меня.

— Ну тогда бывай!

Я коротко кивнул перевертышу и сорвался с места.

Бег в лесу — это что-то особенное.

Поначалу, когда ты только-только знакомишься с лесом, нога норовит запнуться о каждый корень, ветки с удовольствием хлещут тебя по лицу, и вообще, двигаться жутко неудобно.

Но чем больше ты здесь находишься, тем уверенней начинаешь себя чувствовать.

Глаз сам замечает удобные маршруты, а тело движется так, чтобы не потревожить ни одно растение.

И в какой-то момент, бег по лесу становится сродни полёту.

Ты мчишься по звериным тропам, ветер гудит у тебя в ушах, а земля будто бы сама подталкивает тебя в пятки.

Деревья пролетают мимо одно за другим, птицы провожают тебя радостным чириканьем, а звери замирают, давая промчаться мимо.

Пожалуй, если бы не ситуация с Мироном, я бы получил от бега истинное наслаждение.

К тому же, я бежал, выкладываясь изо всех сил, и это было круто.

У пригорка я оказался за рекордный срок — десять минут.

Чудом не угодил в одну из ловушек и, упав на сырую землю, постарался успокоить дыхание.

Забег по лесу, а потом по «заминированному» лугу дался нелегко.

К тому же, несмотря на темнеющее небо, я заметил оставленные кем-то следы.

Помятая трава, треснувшая ветка, сломанный куст… Северяне развернулись по всем правилам военной науки, опутав местность сетью секретов.