— Ох! — не знаю, старался ли Бруно спустить Мирона поаккуратней, или нет, но гимназисту явно пришлось несладко. — Ууууу!

— Терпи, солдат, генералом станешь, — я достал из Инвентаря зелье Бодрости и протянул его Мирону.

Светляк, прикрепленный к плечу давал достаточно света, чтобы освещать путь, поэтому переломать ноги в темноте я не боялся.

За светляки, к слову, нужно было поблагодарить Ольгу с Айной и Воронцова. Именно они подготовили свитки для мобильного отряда Бруно.

Впрочем, будь я один, мне бы он был ни к чему, но сейчас Светлячок пригодился.

Мирон послушно выпил зелье и убрал пустой флакон за пазуху. На меня он старался не смотреть, но все его эмоции и так прекрасно читались.

Стыд, злость, смущение, уныние…

— Значит УГ, да? — я, поднырнув подмышку Мирона чуть ли не взвалил его на себя.

— Тренировочный, — недовольно проворчал товарищ. — Пространственные карманы с УГами от Золотого меча кто-то запаролил.

— Я и запаролил, — усмехнулся я. — Чтобы никто из наших не решил поиграть в героя.

— А я, типа, тупой, да? — тут же набычился Мирон.

— Нет, Мирон, — я вздохнул, — ты просто торопыга.

— В каком смысле? — не понял меня товарищ.

— Ты хочешь всего и сразу, — я аккуратно потянул Мирона за собой, — а так не бывает.

— Ну у тебя же как-то получается, — возразил гимназист, следуя за мной и припадая на правую ногу.

— Это со стороны так кажется, — я покачал головой. — На деле я просто больше тренируюсь.

— Ну конечно, — фыркнул Мирон и тут же зашипел от боли, когда я нечаянно шаркнул по его обожжённой холодом руке. — Ай!

— Прости, — я перехватил его поудобней и не спеша начал ускорятся.

— Тебе все легко дается, — обижено произнес товарищ. — И бой на мечах, и магия, и архитектура, и даже понимание механики!

— Во-первых, Мирон, я учился, начиная с пяти лет. Во-вторых, цена моих успехов с мечом — отсутствие снов и постепенно накапливающаяся усталость. В-третьих, я хоть и разбираюсь во всем, но поверхностно.

— Ну конечно, — насупился парень. — И девчонкам ты тоже нравишься поверхностно?

— Ты про Айну с Алексией? — я, не удержавшись, усмехнулся. — О, брат, это те ещё штучки! Даже не думай в их сторону.

— Почему это? — Мирон метнул в меня злобный взгляд.

— Потому что мы с тобой рылом не вышли — раз, и кровью — два.

— Но ты же дворянин!

— Дворянин-выскочка, — я поправил Мирона. — Если ты думаешь, что остальные дворяне примут меня в свой круг с распростертыми объятиями, ты ошибаешься. Для них я чужак и наглый конкурент.

— Но Толстой…

— С ним у нас партнёрские отношения, — отрезал я. — Он учит меня антимагии, я помогаю ему с… скажем там делами рода.

— Я тоже хочу! — тут же загорелся Мирон.

— Да без проблем, — хмыкнул я. — Сделаешь протезы своему отцу и Мастеру Нико, лично устрою вам спарринг.

— Уууу, — покачал головой Мирон. — Нереально.

— Дурень ты, Мирон, — вздохнул я. — От золота в руке отказываешься, завидев блеск меди.

— В смысле? — угрюмо переспросил гимназист.