Тарус скрестил руки на груди.

– Я не стану делать вид, что понимаю, о чем вы говорите. Но мне бы хотелось знать, кто такая эта ваша некромантка.

Мелия улыбнулась, но улыбка получилась горькой.

– Она не человек, сэр Тарус. Когда-то некроманты были богами – тринадцать богов юга, но Бледный Король сумел соблазнить и развратить их с помощью Старого Бога Мога. Некроманты обрели телесную оболочку, чтобы иметь возможность перейти в мир смертных и выполнять приказы Бледного Короля. Полагаю, Шемаль последняя из всех некромантов. Но даже один некромант может принести неисчислимые бедствия.

Тарус открыл рот, но не смог произнести ни слова. Эйрин понимала, что рыцарь поразился бы еще больше, если бы Мелия рассказала ему другую половину истории: о том, как девять богов юга отказались от своей божественной сущности, чтобы попасть на Зею и бороться с некромантами. Из девяти богов осталась лишь Мелия и старик по имени Тум.

– Шемаль, – прошептала Эйрин, и кровь в ее жилах похолодела от звуков этого имени. – Чего она хочет, Мелия? И что делает в Кейлавере?

– Я бы многое отдала, чтобы знать. Жаль, что здесь нет Фолкена. Шемаль всегда отличалась способностью плести хитроумные интриги. Возможно, она просто следила за мной. Если так, тогда нам не следует особенно тревожиться. Однако нельзя исключать, что она замышляет какую-то подлость.

И вновь взгляд леди обратился к Теравиану. Принц продолжал смотреть в огонь.

– Теравиан, как вы узнали, что некромантка находится в Кейлавере? – спросила Эйрин.

Не отрывая глаз от огня, он махнул рукой в сторону Мелии.

– Она рассказала мне о ней. Сегодня.

Эйрин и Тарус вопросительно посмотрели на Мелию.

– Я предположила, что принц мог что-нибудь видеть или слышать, – сказала Мелия. – И тем самым подтвердил бы мои подозрения. Я знаю, у него есть привычка… видеть то, что не замечают другие.

Теравиан поднял голову, и на его лице появилась злая усмешка.

– Все в порядке. Вы можете сказать «подглядывать». Я не возражаю.

Мелия приподняла бровь.

– Очень хорошо. Я хотела сказать, что у принца есть привычка подглядывать за обитателями замка, он одевается во все черное и, любопытный, словно лисица, следит за всеми.

Теравиан хлопнул в ладоши.

– Мне нравится, когда люди называют вещи своими именами.

– В самом деле, милорд? – спросила Эйрин, – Может быть, вы расскажете нам о том, что вам удалось узнать?

Принц лениво зевнул, словно ему наскучил их разговор.

– Почему бы вам не спросить у своего маленького шпиона? Он здесь рядом – в углу.

Все повернули головы, и из темного угла послышались сдавленные проклятия. Последовал взмах мерцающего плаща и перед ними появился Олдет.

Тарус выхватил меч и бросился вперед, в следующее мгновение острие его клинка оказалось в дюйме от горла шпиона.

– Лишнее движение, и ты мертвец.

– А тебе придет конец прежде, чем ты пошевелишься.

Серебристые глаза Олдета сверкнули, и он выразительно посмотрел вниз. Тарус опустил взгляд и увидел тонкую иглу, почти касающуюся его бедра. На ее кончике виднелась зеленая субстанция неприятного вида.

– Ну, хватит, петухи, – проворчала Мелия, в светлых глазах которой промелькнуло раздражение. – Мы все оценили быстроту, с которой вы можете друг друга прикончить. Но сейчас уберите свои игрушки. Нам нужно обсудить важные вещи.

Тарус фыркнул, отступил на шаг и убрал меч в ножны. Паук мгновенно спрятал иглу под плащ.