– Я буду в порядке, – ответил Кейден, но его взгляд был устремлен на Уорика. Как ни странно, мне казалось, что они поняли друг друга, когда кивнули головой.

– Állj![8] – раздался крик из главного дверного проема.

Мы вихрем бросились к единственному выходу отсюда, ведущему обратно в камеры.

– Взять их! – услышала я напряженный голос Иштвана, который уже поднялся на ноги. – Стрелять на поражение!

– Черт! – прошипел Уорик, и мы оба пригнулись, когда над нашими головами просвистели пули, осыпая нас искрами. Вода доходила до щиколоток, а вокруг плавали части оборудования, что только замедляло наше отступление. Я приостановилась подобрать обломок, который можно было использовать в качестве оружия – обломанный кусок тонкой трубы с зазубренным краем. Не пистолет, конечно, но лучше, чем ничего, особенно когда охранники направлялись прямо к нам.

– Давай же! – Уорик потянул меня за собой, но что-то задело мою ногу в мутной, более глубокой воде. Когда я посмотрела вниз, в моем горле застрял крик. На поверхности плавала дюжина мертвых тел: некоторые дрейфовали лицом вниз, другие безучастно смотрели вверх, – но мое внимание привлек тот, что врезался в меня.

Дэвид Андор.

При виде его безжизненного тела и пустого взгляда у меня заныло под ребрами, сдавливая и вытесняя воздух из легких. Он был мертв. Все они были мертвы. Ни один человек не выжил в резервуарах. Я убила их – либо своей магией, либо отняв доступ к воздуху. Они все погибли.

Кроме Кейдена.

Бах! Бах!

Писк вырвался из моего горла, пока мы уворачивались и петляли, чтобы не попасть под пули. Уорик толкнул дверь, выводя нас в знакомый коридор, который вел в нашу тюрьму.

– Не дайте им сбежать, – прогремел сзади голос Иштвана.

– Куда нам, мать твою, идти? – крикнул мне Уорик. Мы продолжали бежать вперед, стуча ботинками по цементу, но мокрая одежда утяжеляла нас. – Мы возвращаемся прямо к камерам.

«Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо!» Я усиленно пыталась придумать способ выбраться отсюда.

«Под фабрикой три уровня. Они не просто соединены друг с другом, с верхнего этажа туннель ведет прямо к железнодорожной станции Ференцварош», – вспомнились слова Норы.

Еще одно воспоминание всплыло в моей голове, когда мы с Эшем прятались на куполообразной смотровой площадке на уровень выше нас. «Передай доктору Карлу, что новая партия на подходе. Я подготовил боковой отсек к их прибытию».

Груз с железнодорожной станции.

Тюрьмы и лаборатории находились на нулевом уровне. Смотровая площадка была на втором, а то место, где мы с Эшем схватились в бою с охранниками, должно быть, – на первом.

А это означало…

– Надо подняться, – крикнула я, когда нас почти нагнали охранники. Напряжение сковало мои руки и ноги, а сердце бешено колотилось в ушах. Если выхода там не будет, то мы просто загоним себя в ловушку, прямо в руки Маркоса.

Тогда нас схватят.

Убьют.

Ботинки Уорика стучали по полу, пока он метался в поисках хоть какой-нибудь двери или выхода. Мы двигались тем же маршрутом, которым ходили последние несколько дней.

– За этой дверью есть лестница. – Тоненький голосок вынудил меня остановиться, и я повернула голову к клетке, полной истощенных тел и горестных лиц детей-фейри.

Мальчик постарше сквозь прутья указал на то, что напоминало крошечный чулан, практически скрытый в стене.

– За дверью – лестница. Я видел, как они входят и выходят.

Уорик бросился к дверному проему.

Я не шелохнулась.

– Ты что творишь? – прорычал Уорик, жестом призывая меня поторапливаться. – Идем, у нас нет времени.

– Нет. – Я покачала головой.