– Ковач… – Он стиснул зубы, переводя взгляд с детей на приближавшуюся к нам охрану. – Это невозможно. Мы не можем вытащить их прямо сейчас.

– Я. Не. Уйду. Без них. – Я отчеканила каждое слово. Я не смогла спасти маленькую девочку. И, вероятно, сотню других детей, похожих на нее. Как и младшую сестру Родригеса. Я чувствовала, что обязана это сделать. Спасти чью-то сестру, дочь, сына.

Уорик зарычал. Мы смотрели друг на друга. Но я не собиралась отступать.

– Az istenit. – Уорик зарылся пальцами в волосы с выражением разочарования на лице, но повернулся к клеткам. Я стояла рядом с ним, думая, как взломать их. – Здесь нет долбаных ключей, Ковач. Как нам, черт возьми, вытащить их, прежде чем охрана пристрелит нас? – Он указал в сторону коридора, откуда доносились крики и топот сапог. Каждая секунда могла стать последней.

Неужели я только что накинула петли на наши шеи? Неужели мое стремление помочь им лишь оборвет наши жизни и не спасет ни одной?

– У тебя случайно нет с собой домового и беса? – Уорик потряс решетку, пытаясь найти слабое место.

Проклятье! Опи и Битзи были бы сейчас очень кстати. Мне так их не хватало.

– Нет, но у тебя есть я. – Я зажала обломок трубы между пальцами и опустилась на колени, чтобы взломать замок. Дети подобрались ближе, их лица были полны надежды и мольбы. Я лишь надеялась, что эти замки не были заколдованы или выкованы гоблинами.

– Черт подери, женщина. – Уорик сокрушенно покачал головой. – Ты и правда желаешь бросить вызов смерти, да? – Когда охранники приблизились, Уорик развернулся и с ревем бросился прямо на первую шеренгу офицеров. В тесных коридорах они не могли рассредоточиться, что позволило Уорику с легкостью к ним подобраться.

Раздались выстрелы, а затем вой и звуки ударов по плоти.

Прикусив губу, я поборола желание обернуться назад и сконцентрировалась на замке, не желая терять ни секунды, которые предоставил мне Уорик.

С глухим стуком рядом с моей ногой упало тело, и я заметила нашивку ВСЛ. Огромная рука метнулась вниз и выхватила пистолет у жертвы, отстреливая других членов из его отряда.

«Сосредоточься, Брексли!» Адреналин бурлил в моих венах, руки дрожали, когда я возилась с замком. Дети радостно кричали и подбадривали нас с Уориком, пока позади меня продолжался бой.

В любой момент Уорика могли убить.

Мне в любой момент могли прострелить голову.

И у меня не было магии, которая могла бы нас спасти. Связь, дарующая ему силу, оказалась мертва. А сила в моей ДНК впала в спячку.

Трубка выскользнула из моих потных ладоней, звякнула, ударившись об пол, и мое сердце бешено забилось от страха.

– Поторопись, Ковач! – Голос Уорика прозвучал натянуто, когда он пинком свалил очередного солдата на пол.

Из моего рта вырвался стон, и я крепче сжала обломок трубы в руке. Но он был слишком большим, и острие не входило в замок. Все без толку.

«Чертчертчерт».

Я подняла глаза на маленького мальчика, стоящего передо мной. Его нижняя губа дрожала, а глаза были широко открыты, умоляя меня не сдаваться. Не оставлять их здесь.

– A kurva életbe![9] – Почувствовав, что отчаяние и ярость захлестывают меня, я встала. Замахнулась и со всей силы ударила по замку обломком трубы, как топором.

Лязг!

Металл вибрировал, скрипел, пронизывал воздух визгом, пока я колотила по нему снова и снова. Гнев взял надо мной верх. Я стольких потеряла. Столько смертей видела. Столько боли.

И все, чего я хотела сейчас – спасти детей от пыток.

Хрипы, крики, выстрелы и хруст костей смешивались с металлическим лязгом, словно песнь агонии. Мелодия душевной боли и страдания, для которых не подобрать слов.