По ее коже побежали мурашки, и по всему телу разлилось тепло, точно она слишком быстро выпила бокал шампанского.

Невосприимчива к вирусу.

Она никогда не рассматривала такую возможность. У нее не было для этого оснований.

Внезапно удача, которая, как ей казалась, отвернулась от нее, вернулась в полную силу.

Ее взгляд упал на повязку на руке.

Невосприимчива к вирусу.

Кейтлин подняла взгляд, посмотрев на Букера.

Слезы катились по его щекам, застревая в щетине.

Вдохнув, она попыталась держать себя в руках.

Ей казалось, что она сломается, ошеломленная и неспособная сохранить в целостности свое потрепанное и разбитое сердце.

— Кей?

— Невосприимчива к вирусу, — выдохнула она, и улыбка озарила ее лицо.

Глава 17

Нью-Мехико, год спустя

Возясь с пуговками своей пурпурной клетчатой рубашки, Кейтлин вышла из их спальни и направилась по длинному коридору.

На кухне внизу раздавались голоса, и она сощурилась, глядя в панорамное окно и пытаясь понять, который час.

В пустыне все было ярче. Утро ощущалось как полдень, в полдень возникало такое чувство, будто ты находишься на поверхности солнца, а сумерки задерживались намного дольше, чем ей казалось возможным.

— Доброе утро, Кейтлин, — поприветствовал ее Боб, проходя мимо с кружкой сваренного кофе.

— Доброе, Боб, — ответила она с улыбкой. — Там еще осталось?

— На столе, — сказал он, направляясь к выходу. — Сахар тоже есть, если хочешь.

— Спасибо, — крикнула она, осознав, что просунула пуговку не в ту дырку и придется застегивать все заново.

Свернув за угол, она была встречена хором пожеланий доброго утра и улыбками нескольких людей, которые доедали еду.

— Привет, засоня, — поддразнила Николь, хлопнув ее по плечу. — Наконец-то решила присоединиться к нам, да?

Кейтлин забила на верхнюю пуговку и оставила свою серую майку выглядывать в вырезе рубашки.

— Букер не разбудил меня, — сказала она. — Опять.

Николь широко улыбнулась.

— Ага, он сказал мне дать тебе отоспаться.

— Если он будет продолжать в том же духе, все будут считать, что я самая ленивая в группе.

Передав ей чистую кружку, Николь покачала головой.

— Не думаю, что кто-нибудь когда-нибудь называл тебя ленивой.

Налив себе полкружки кофе из чайника из нержавеющей стали, она подумывала положить ложку сахара, но решила не делать этого, всегда стараясь по возможности экономить и распределять рацион, несмотря на роскошь, которая их окружала.

Упоминание фермы деда Дези возле Санта-Фе жило в их головах несколько недель. Она хотела вернуться — если не для проживания, то хотя бы узнать, пережил ли ее дедушка вспышку вируса.

Путешествие было непростым, временами откровенно невыносимым, но когда они добрались до ворот этой земли, оно того стоило.

Кейтлин призналась, что услышав слово «ферма», она подумала, что это будет скромный участок земли с маленьким домиком и, может, с сараем.

Она не ожидала увидеть 120 акров пекановой фермой с гигантским современным ранчо на вершине холма.

И прочные заборы из кованого железа вместе с сеткой-рабицей по периметру? Ну, от этого у всех затрепетали сердца.

Дедушка Дези, Чак, держался на последнем дыхании, но его здоровье сильно ухудшилось, потому что у него закончились лекарства, а город был переполнен фриками.