Это лишь заставило ее засмеяться еще сильнее.

— Прости, прости.

Мгновение спустя Кейтлин почувствовала, что Николь наблюдает за ней, и повернулась.

— Мы можем поговорить? — спросила Николь, мотнув головой в сторону ее со Скоттом трейлера.

Это мгновенно протрезвило Кейтлин.

— Эм, конечно, — ответила она, передав Букеру свой пластиковый стаканчик. — Мы сейчас вернемся, — сказала она ему.

Оказавшись в одиночном трейлере, Николь закрыла дверь и скрестила руки на груди.

— Дай мне взглянуть, — сказала она.

Кейтлин моргнула.

— Взглянуть на что?

Взгляд Николь был ровным, но суровым.

— На укус, который ты получила.

Во второй раз за день земля ушла из-под ее ног.

Только теперь она не падала с высоты трех метров.

Кейтлин слегка пошатнулась и протянула руку, чтобы ухватиться за кухонный шкафчик для опоры.

— Я видела рукав твоей куртки, — продолжала Николь. — Заметила, что ты отказывалась рассказывать кому-то о случившемся и не давала осмотреть рану. И ты сразу же переоделась…

— Я просто…

— Избавлялась от улик, — перебила Николь. — Делала все менее подозрительным, чтобы никто не спрашивал.

— Николь, это не то, что ты думаешь, — упорствовала Кейтлин.

— Вот как? Потому что сейчас я думаю, что моя лучшая подруга соврала мне — и всем остальным — и является ходячей бомбой с часовым механизмом.

Кейтлин втянула глубокий вдох.

— Я просто хотела провести свою последнюю ночь как можно нормальнее, — объяснила она. — Я не хотела видеть, как все грустят или боятся меня. Я не хотела, чтобы кто-то паниковал или пытался меня спасти, — она глянула в окно, где виднелся костер и силуэты ее близких. — Я хотела пить разбавленный пунш и слушать, как Скотт в пятидесятый раз рассказывает ту историю. И я хотела обнять всех, сказать, что я люблю их, а потом…

Слезы, которых она уже не ждала, наконец-то пришли и заструились по ее щекам.

— А потом что, Кейтлин?

Она шмыгнула носом, стараясь держать себя в руках.

— Я думала, что пойду к емкости для силоса, — прошептала она. — Поле такое красивое, и там видно звезды…

Николь нахмурилась.

— Ты хочешь убить себя?

— Это лучше, чем угасать и заставлять кого-то из вас вонзать нож мне в череп, когда я обращусь.

Шагнув вперед, Николь покачала головой.

— Кейтлин, а как же Букер? И Дези? И… все мы? Мы должны были просто проснуться завтра и обнаружить, что ты пропала? Отправиться на поиски и найти твое тело на коровьем пастбище?

— Я уже заставила Букера пообещать, — пробормотала она, не в силах посмотреть в глаза подруге.

— Пообещать что?

— Что я умру, будучи самой собой, — сказала она. — Что он не позволит мне стать одной из тех тварей, пусть даже на секунду. Он поймет, почему я сделала это так.

— Черта с два он поймет, — рявкнула Николь. — Кейтлин, это убьет его.

— Да как будто мне легко, — закричала она. — Ты думаешь, я хотела так кончить? Думаешь, я хотела такого финала своей истории? Конечно нет! Но я не выбирала быть укушенной, так могу хоть выбрать то, как я умру.

Николь наградила ее гневным взглядом.

— Ты должна сказать ему.

— Я не позволю, чтобы мое последнее воспоминание о моем муже было переполнено горем и разбитым сердцем, — сказала она ей.