Второй близнец выглядел совсем потерянным. Глаза бегают из стороны в сторону, конечности поникли. Кончики ушей обожжены плазменным разрядом.

— Я Вилдс, Высший, — угрюмо произнес он.

Отлично, теперь я буду различать их по именам! Я прошелся вдоль сидевших на мелкой гальке хруттов, стараясь погасить раздражение, но оно разгоралось все больше и больше, заполоняя мою душу. Сердца бились как молоты в грудную клетку и ребра, словно хотели выскочить наружу. Что-то надо сделать, чтобы погасить злость. Поступил просто. Выхватил меч и снес голову Лысому, потому что он мне надоел постоянным нытьем. Он сломался еще давно, там, при первой встрече. Честно, надо было сразу уполовинить состав заложников, оставив проводника и этого, Шамана, с наглыми глазами.

Пока голова Лысого, обагряя гальку кровью, катилась в сторону, хрутты с воплями стали разбегаться в разные стороны. Дикий страх гнал их от нас, но Вилдс молодец, не совсем пропащий! Он в два прыжка догнал Шамана и Тунгуса и повалил их одним ударом с ног. Хрутты упали на землю, и Вилдс стал пинать их ногами. Тяжелая обувь обрушилась на их ребра и спины.

Проводник тоже далеко не убежал. Он совершенно забыл, что на вершине горы находился Стохс, и теперь несся туда в надежде убежать от своих кошмаров. Нет, шалишь! От Охотников еще никто не уходил просто так, не отработав свое освобождение! Галсан наткнулся на Стохса, когда уже был на вершине сопки. Мой Ученик только показался на тропе и сразу оценил обстановку. Он дал проводнику сполна переполниться ужасом от неудачной попытки скрыться от нас, после чего догнал Галсана и своей средней клешней уронил его на землю.

Я удовлетворенно глядел, как Стохс несет его на себе, перевалив через плечо. Хрутт сомлел от удара и был, по-видимому, без сознания. Ученик донес проводника до его товарищей и бросил им под ноги.

— Отныне каждый отвечает друг за друга! — напустив на себя зверский вид, сказал я, помахивая перед их носами своим ритуальным мечом. Как забавно, что они до смерти боятся его, бледнеют при виде яркой полоски остро заточенного металла! Мне нравится пугать их. Демонстрация дает хороший результат. Хрутты сразу становятся покладистыми и никуда не стремятся убегать. Но я все равно напоминаю им: — Любая попытка побега теперь будет караться смертью одного из вас. Коллективная ответственность, так говорят люди? Отвечайте!

— Да, — разомкнул губы Шаман.

— Да, Высший, — напомнил я, — пора быть почтительным к моему статусу, хрутты!

— Да, Высший, мы учтем твое пожелание! — даже в такой ситуации главарь людей ерничает. Молодец! Без душка парень!

— Предупреждаю: проводник в любом случае останется жив, если не будет делать глупостей, — продолжил я, — а своей головой будешь отвечать ты, Шаман, или твой друг.

Проведя воспитательную беседу, я повернулся к Стохсу, почтительно ожидавшему, когда я освобожусь, и только после этого он произнес:

— Высший, я сжег тело Чайса вместе с оружием хруттов. Но мне не удалось найти его оружие: ни меча, ни плазмогана.

— Хочешь сказать, что земляне похитили наше оружие? — тихо спросил я, снова накаляясь. Этот скоротечный бой с кучкой каких-то жалких землекопов мог стать моим поражением. Мало им смерти моего Ученика, так они еще и высокотехнологичное оружие захватили!

— Это так, Высший! — наклонил голову Стохс. — Прикажи, и я брошусь в погоню, но уничтожу грязных хруттов, посмевших встать на твоем пути!

— Кодекс Охотника не делит хруттов на жалких червей и воинов, Ученик, — напомнил я, начав собираться к новому переходу, — каждый из них в любой момент может взять в руки оружие и сразиться с нами, что и было сделано.