Карев с напарником разделились и тихо ступая, начали обходить эвенка с двух сторон. Держа на прицеле автомата греющегося у костра лесовика, Алекс скользящим шагом, стараясь не хрустнуть предательским снежком, разгребал его носком берца и заходил справа. Он уже был в десяти шагах от безучастно смотревшего в костер эвенка, когда тот поднял голову, словно прислушиваясь к тишине леса, и сказал с легким акцентом куда-то в пустоту:

— Дедушка Хадиуль сказал мне, что надо помочь людям изловить зверя. Зачем крадетесь, подобно рыси? Подходите к костру, грейтесь.

— Черт глазастый! — восхитился Бес, закидывая на плечо автомат. — Как почуял, друг?

— Шумите громко, — ответил эвенк, — долго шли, устали. Дыхание услышал.

Алекс подошел к костру, над которым висел закопченный чайник на простой палке, лежащей на рогатине. В нем уже кипела вода, и эвенк достал из мешка, лежащего в его ногах, бумажный кулек. Аккуратно раскрыв его, высыпал на заскорузлую ладонь горсть заварки и бросил его в чайник. Как только вода побурела, он ловко снял посудину с огня и поставил ее рядом с щелкающим искрами костром.

— Зовут тебя как, брат? — Бес с удовольствием вытянул ноги, завалившись на пожухлую траву, уже освободившуюся от снежного покрова.

— Тыкулча, — эвенк посмотрел на Алекса, севшего напротив него, — а вас я знаю. Мне сказал ваши имена большой начальник, воин. Тимохин зовут его.

— Это каким образом? — удивился капитан.

— Большая беда у нас у всех, — Тыкулча снова порылся в мешке и достал оттуда вполне современные пластиковые стаканчики и протянул их спецам. А сам поставил возле себя кружку с отбитой по донышку эмалью. Налил всем чай, отхлебнул дымящий паром напиток, и только после этого продолжил: — Зверь вернулся. Все охотники в лесу, следят за ним. Стойбища опустели. Дедушка Хадиуль так и сказал мне идти вам на помощь. Быстро пойдем, через болота, через гольцы.

— Вы следите за ним? — поразился Бес, отхлебнув из стаканчика.

— Идет быстро, — кивнул Тыкулча, подняв скуластое темное лицо на стену леса, — тащит за собой человека. Но мы уже знаем, где он может потерять время. Зверь упрется в болото.

Нарушая тишину сумрачной тайги, вдали звонко залаяла собака, и через некоторое время к костру вылетела пушистая белая лайка. Она запрыгала вокруг Тыкулчи, тихо повизгивая от нетерпения, словно звала куда-то, и даже не обращала внимания на посторонних.

— О! Собачка! — обрадовался как ребенок Бес. — Как зовут?

— Гудейкон, — эвенк потрепал по загривку лайку и что-то прошептал на ухо.

— А что означает? — не унимался напарник.

— Красивый, — ответил Тыкулча, — это он белку загнал на дерево, а не понимает, что я сегодня не охочусь. Сиди, сиди!

Лайка быстро оббежала спецов, понюхала их осторожно, вроде бы успокоилась, но в глазах ее застыло напряжение. Улегшись в ногах хозяина, она продолжала недоверчиво поглядывать на каждое движение Алекса и Беса. Только хвост бубликом периодически покачивается на весу.

— Собаку не жалко бросать на чужака? — полюбопытствовал капитан.

— Сами справимся, без Гудейкона, — эвенк с едва скрытой любовью посмотрел на собаку, — он нам только обнаружит зверя, а дальше мы будем стрелять.

— Сколько охотников по тайге сейчас ходит? — решил уточнить Алекс.