— Скоро, скоро, — утешил я хрутта, — остался один дневной переход.

Вдоволь наглядевшись на мрачную чернь болотистой воды, я развалился возле костра и взял в руки горячее мясо. Странные эти хрутты, пользуются химическими элементами для усиления пищи вкусовыми качествами. У нас предпочитают пряности растительного свойства, и их производится неимоверное количество. Кто-то владеет целыми концернами по производству и расфасовке приправ. Обогатился несметно. А вообще я могу есть мясо без каких-либо приправ, и не жалуюсь на их отсутствие.

— Тебя будут ждать, — сказал Шаман, вытирая пальцы о траву, — и ты это прекрасно знаешь. Глупое решение ради славы.

— Много ты понимаешь, — лениво ответил я, прикрыв глаза, но мои уши чутко ловили каждый шорох заложника. Надо бы связать его, да куда он денется? Сбежит? Далеко не уйдет. — Каждый охотник нацелен на такой результат, который принесет ему славу, пусть даже и посмертную. Это традиция и многовековой уклад всего общества. Мы не боимся рисковать и при любой возможности заглядываем за горизонт. Поэтому наши Охотники режут ваши головы, а не вы приносите ущерб Фомальпасе.

— Разумно, — не стал спорить Шаман, откинувшись на спину, тоже решив отдохнуть. — Будь наши правители умнее и не страдали бы никому не нужными амбициями, мы бы всю вселенную раком поставили. А так… своих-то удобнее нагибать. Приятно, и с наименьшими ресурсными затратами.

— Смотрю, ты не очень-то рад происходящему на своей планете, — заметил я, — но мне это не мешает, кроме тех, кто обучен на убийство.

— Вот я о чем тебе и толкую, — оживился хрутт, — грохнут тебя наши спецы, зуб даю. Валил бы ты отсюда.

— Ха-ха! — мне стало весело. — Я в шаге от цели, и никакой из опытных твоих спецов не остановит меня. Там будет величайшая битва из всех, которые видели мои сородичи!

Шаман посмотрел на меня с таким видом, словно увидел сумасшедшего. По крайней мере, именно это читалось в его глазах. Хрутт даже приподнялся, и его вдруг пробрал смех.

— Ты один! — выкрикнул он. — Твоих подельников убили, стянули все силы в урочище, я думаю! Там ловить нечего! Кто увидит твои подвиги?

Я самодовольно улыбнулся. Кто теперь из тех, кто знал, куда я направлялся, усомнится в моих расчетах? Вся Стая в один голос так и сказала, что во мне поселился дух сумасшествия, и ради нескольких мгновений славы я готов угробить Учеников. Да, готов. Готов, потому что не побоялся пойти на такой шаг. Аргументировано доказал, почему мне нужна поддержка. Кто-то же должен снять картину эпической битвы в зажатой между горами местности? Вот этот «кто-то» и стал мой лучший друг — Баалса.

Согласно моим расчетам экипаж Баалсы на своем челноке уже завис на низкой орбите Оксигенуса, чтобы войти в ее атмосферу. Сигнал послан, и осталось только вовремя дойти до урочища. Сценарий написан, подмостки возведены, актеры готовятся выйти на сцену. Красоту оценит истинный любитель драмы!

— Ты реально больной! — хмыкнул Шаман. — Впрочем, мне вообще по барабану, что ты там будешь делать. Если меня отпустишь — я даже посмотрю твой финальный матч. Только издали!

— Ты хитрый, но глупый, — отпарировал я, — и сам знаешь, почему я тащу тебя за собой. Так, вставай, пошли дальше.

— Вот и поговорили, — пробормотал Шаман, подбирая свою палку.

А еще мы умудрились налететь на медведя. Животное объедало кусты с какой-то пожухлой крупной ярко-красной ягодой. Оно сопело и чавкало, отправляя огромной лапой пищу в свой рот, и нас совершенно не замечало.