Вот и все. Просто целая страна, велосипеды, мой бизнес и серьезные жизненные решения. Никакого давления!

Все еще не верится, что они и правда сюда приехали. У меня немного кружится голова от такой сюрреалистичной картины. Эпплтоны, здесь, на моей веранде в Сан-Суси. И Дом с ног до головы облачен в спандекс!

– Они ведь крошатся, – говорит Дом. И отряхивает грязно-белые шорты от воображаемых крошек масляного теста.

Крошатся? Да чем ему так не угодили круассаны?

Я ведь не осуждаю. У всех, в конце концов, свои тараканы. Против спандекса Дома я тоже ничего не имею. Я твердо убеждена, что все имеют право – более того, все должны – принять комфортные эластичные ткани.

Дело в цвете. Грязно-белая спортивная одежда всегда оказывается более прозрачной, чем хотелось бы тому, кто ее надел, особенно когда в дело вступают пот, лужи и лакомства из масляного теста.

Лэнс фыркает, взъерошивая свою копну песчано-коричневых кудряшек.

– А есть французская еда, которая тебе нравится, пап?

Типичный Лэнс. Подсказывает начало шутки.

Дом поглаживает округлый живот, размышляя, есть ли во Франции – во Франции! – хоть какое-то блюдо, что его устроит.

– Картошка фри[7], – говорит он, мечтательно растягивая слова. – Тут такую делают?

Джудит снисходительно улыбается, Лекси вежливо хихикает. Усы Найджела слегка шевелятся.

Я влезаю в разговор, не давая Дому возможности продолжить.

– Нас впереди ждет множество вкусных блюд, – говорю я группе. – Каждый найдет что-то для себя. Дегустации вина, частные ужины, пикники и много-много остановок за выпечкой.

Сестры радостно хлопают.

Я улыбаюсь и разворачиваю наше расписание.

– Сегодняшний день – наш пролог. Как и «Тур де Франс», мы начнем с небольшой разминки. – Но, по правде говоря, на расстоянии сходство с крупнейшим велотуром Франции заканчивается. – Никаких испытаний и соревнований в первый день. Мы здесь, чтобы отдыхать и приятно проводить время.

Найджел пыхтит.

Я продолжаю улыбаться, игнорируя недовольного критика.

– Первые две ночи мы проведем в прекрасном Сан-Суси, чтобы все привыкли к обстановке. Затем – отправимся в путь. Мы проедем от моря до самых высоких Пиренейских гор.

Наконец, я подчеркиваю лучшее, что есть в велосипедных турах, во всяком случае, для гостей. Мы с командой берем скучные задачи на себя: перевозим багаж, занимаемся бронированием, продумываем логистику.

– Все, что требуется от вас – крутить педали и наслаждаться, – говорю я, и Дом тут же меня перебивает:

– Да, но давайте вернемся к круассанам, – говорит он, человек, который всегда чувствует, что последнее слово должно быть за ним. – Как на них мазать масло? И в тостер их не запихнешь, правда же?

«Надеюсь, наслаждаться», – мысленно добавляю я.

Оглядываю группу. На следующие девять дней нам предстоит стать маленькой семьей. Из этого может получиться прекрасный и обогащающий опыт. Или ночной кошмар на колесах.

Сестры умиляются потягивающемуся котику. Манфред безмятежно взирает на морскую гладь. Лекси маневрирует, чтобы сделать с Лэнсом селфи, щекоча его, чтобы вызвать глупую улыбку. Джудит снимает, как они фотографируются.

Они кажутся счастливыми. А вот Дом… боюсь, угодить ему будет очень тяжело.

И Найджел Фокс. Вдруг я понимаю, что он неспешно приближается к восточному краю веранды. Ближе к потрясающему виду на море, но и ближе к сцене, которую ему видеть не следует.

Я так громко хлопаю в ладоши, что Лекси вздрагивает.

– Поехали! – восклицаю я особенно радостным и непринужденным тоном. – Давайте, все по велосипедам!

Найджел тормозит, морща нос и поигрывая усами.