коллективное толковище в некотором роде – праздник для участвующих в нем, если только не брать крайний случай, когда люди собираются под набатный звон. Есть старая немецкая пословица – сколько пива, столько песен. В нашем же случае, исходя из постановки вопроса на этом совещании, можно сделать простой вывод, что в прошлом году не была решена простая проблема досуга. Я рискну предположить, что пайщикам и сотрудникам банка было предоставлено слишком много свободного времени, а поскольку банк не был стеснен в деньгах, собрание вылилось в широкий загул.

Послышались разъясняющие возгласы.

– Культурно сказано, в загул, в обычную пьянку вылилось.

– Треть сотрудников пришлось уволить.

– А надо бы всех.

– Кто больше всех буянил их оставили, незаменимые какие!

– Свои женщины были, а они за чужими гонялись!

– Стыдобища!

Лиза выждала пока эмоции утихнут и продолжала.

– Еще Гегель сказал, что в человек – премерзкое животное, и только тогда становится человеком, когда начинает это осознавать. За точность высказывания не ручаюсь, но смысл был именно таков. В нашем случае мы тоже имеем дело с человеческим материалом. А из него, как из глины можно лепить абсолютно все. Человек же предоставленный самому себе, облагодетельствованный двумя литрами алкоголя, если мягко сказать, бывает обычно некрасив, неопрятен, невежлив.

– Свиньей он становится! – засмеялся Федор Галушкин.

– Самокритика здесь неуместна, – поддела его главбух.

– И что вы предлагаете? – спросил директор банка. Лиза спокойно выдержала его взгляд.

– Можно разные варианты предложить, но самый действенный, это занять полностью время пассажиров парохода, заставить их три дня кружиться, как белка в колесе, забыв на время даже о том, что они прибыли на собрание пайщиков. Основное дело подменить другим делом.

– А разве такое возможно? – директор банка переглянулся со своими заместителями, – чтобы пайщик забыл о собрании?

– Мы уже это проходили! – воскликнул кадровик, – и ничего не получилось, один казус.

– Балерин приглашали, кордебалет, столько денег ухлопали! – выдала секрет полишинеля Краснянская.

– Да ладно, чего уж там!

Лиза подумала о том, что приглашение кордебалета выбросило за борт мужского внимания этих двух молодящихся женщин. Поэтому у них столько обид и желчных воспоминаний, перстней на пальцах и золотых цепочек на шее. Но забыта тривиальная истина, никакие французские духи, белила и румяна не вернут естественную молодость. Огуречный рассол, он и есть огуречный рассол, хоть сутками купай в нем старую корову – в молодую лань она не переродится.

– Есть простое решение, – сказала Лиза, – его испокон веков во всем мире используют умные руководители.

После такого заявления, не следовало долго тянуть с ответом, поэтому она быстро закруглилась:

– В Древнем Риме толпа требовала хлеба и зрелищ, но можно толпе дать еще больше, если зритель сам участвует в состязании и борется за приз, эффект получается ошеломительным. Даже участие в чужой похоронной процессии вызывает в вас определенный настрой. Что уж говорить про подготовку и участие в собрании пайщиков. Для сотрудников ведь это случается раз в год. Многие, может быть живут исключительно им. Подумайте, ведь есть многие женщины, который знают только одно, работа – дом.

И один раз в году у них случается праздник, маскарад, бал, на который они бывают приглашены. А вы, – Лиза посмотрела на Федора Галушкина, – обидели всех женщин, они старались, наводили марафет, делали прически, макияж, шили платья, а вы пригласили кордебалет, и тем самым понизили сортность своих женщин.