Похоже Лизин ответ устроил всех. Балаболкин Вячеслав вытащил из кармана пачку сигарет и протянул ее Лизе, угощая:

– Курите?

– Даже не пробовала!

– Никогда?

– Никогда!

– И не пьете? – выразил восхищение Вячеслав.

– От бокала хорошего вина, в компании умных мужчин, не откажусь никогда.

Лиза была довольна собой. Первый раунд в этом банке похоже остался за нею. Если и дальше так пойдет…Но, не стоит загадывать.

– Время идти на совещание, – глянув на часы, напомнил Балаболкин Слава.

Отряхнув юбку, Лиза первой направилась к выходу из комнаты. Хозяйственник Федор, несмотря на свою комплекцию, проворно открыл перед нею дверь.

– О, лакейская выучка, как знать себя дает, – раздалось ему вслед.

– Не лакей, а джентльмен, понимать разницу надо! – весело отбрехался Федор. А вслед ему неслись выкрики.

– Рассказывай кому, джентльмен. Кто хвастался, что дед у барина в денщиках служил?

– Я может быть князь по крови, не Галушкин, а Куракин! – крикнул Федор. – Дед мой в спальню к барыне часто заглядывал. Породу чувствуешь во мне?

– Лакейская порода!

Лиза потихоньку наматывала информацию на несуществующий ус. Когда дверь закрыли, хозяйственник оказался рядом с Лизой и не преминул отпустить по адресу АСУшников едкое замечание:

– Диссиденты!

– Натуральные! – подтвердил кадровик.

В почетном эскорте из хозяйственника и кадровика Лиза Беркут поднималась на третий этаж.

В приемной директора банка народ теснился, но столпотворения не было. Секретарша, миловидная молодая девушка, разговаривала по телефону, и у окна беседовали три человека: две дамы и молодой, спортивного вида мужчина в отлично скроенном и пошитом костюме. Дамы не произвели на Лизу впечатления. Одна из них в возрасте подпирающем четвертый десяток лет была высока, крупна, грудаста и имела узкий зад французской модели. Вторая – мелкая, худосочная, казалось страдала изжогой. У нее постоянно менялось выражение лица от нетерпеливого, словно ей срочно надо было в одно место, до устало-безразличного. Взгляд ее периодически останавливался на часах.

«Или новая покупка у нее, – подумала Лиза, – или – время деньги». Обе дамы смерили Лизу Беркут недолгим, но откровенно оценивающим взглядом и быстро отвели его в сторону. А вот мужчина, что стоял с ними рядом повел себя как конь, застоявшийся в стойле. Повернув к ней голову, он выстрелил шрапнелью заинтересованности, вернулся к разговору со своими дамами, уронил пару слов, хохотнул, снова стрельнул в Лизу взглядом и, наконец, переместился и стал таким образом, чтобы она постоянно была в поле его зрения.

– Кто у Цезаря? – обратился к секретарше Вячеслав Балаболкин.

– Муромец!

– Надолго, не знаешь?

– А ты, куда торопишься? – мужчина стоявший у окна со смехом спросил кадровика, а сам в это время не сводил глазам с Лизы. «Он что женщин никогда не видал?», – подумала она и тихо спросила Федора:

– Кто это?

– Васька Кот! Блудов Василий, заместитель директора банка! Я даже не знаю, как его по отчеству. Хотя, откуда у кота может быть отчество. Зам по бабам!

– А две дамы рядом с ним?

– Худая – главбух Семигина Мария Ивановна, нормальная баба, а рядом с нею замша директора банка – Краснянская Валентина Петровна, единственная, кто до этого работала в госбанке, но стерва такая, пробу негде ставить.

Характеристика была отменная. В приемной был включен приемник и достаточно громко играла музыка, но когда Федор заканчивал предложение и произнес; «пробу негде ставить», как на зло музыка оборвалась.