– Молодец! – похвалил его Федор, – дело свое знаешь! А не взять ли тебя к себе в помощники?

– А вы где работаете? – проглотил наживку вместе с грузилом продавец.

– В «Нью-Строй-Банке», слышал про такой?

Можно было на сто процентов быть уверенным, что продавец ни сном, ни духом не ведал об их банчке, банчечке. В одной Москве их две тысячи, а на слуху дай бог с десяток. Шельмовато стрельнув глазами, продавец заявил, что слышал. Федор Галушкин вельможно вытащил из толстенного бумажника похожего на маленький бочонок визитку и протянул ее продавцу.

– Я начальник управления. Нам твой автомобиль нужен с доставкой, франко-борт корабля.

– Доставим по желанию клиента в любую точку страны и ближнего зарубежья, – заявил продавец, – только платите.

– За этим дело не станет.

– Я, наверно, неясно выразился, – недовольно сказал Федор, – в договоре, который сейчас составим должно быть записано, что вы его поднимаете на борт круизного парохода «Степан Разин». Стоять автомобиль должен на верхней палубе.

– На палубе, так на палубе. Только платите, – еще раз подтвердил продавец возможности фирмы исполнить любую прихоть клиента, – на кого будем его оформлять?

А вот тут у Феди вышла небольшая заминка. Он ненадолго задумался и спросил?

– А нельзя ли так получить автомобиль, чтобы все документы были оформлены, а фамилию мы потом сами вписали?

Продавец отошел посовещаться со старшим продавцом и вернулся к Федору Галушкину.

– Понимаете, при нашем центре есть свой гаишник, но это вам будет стоить пару лишних тысяч.

Наверно именно ради таких моментов и надувался как индюк важностью Федор. Зря его не видел Луганский Клим, вот кому была бы пища для злословия. Федя вельможно похлопал продавца по плечу и достал из кармана стодолларовую купюру.

– Уважаю расторопных малых, – сказал он. Продавец заворожено смотрел на зеленую деньгу. Непроизвольно он сглотнул слюну и, покосившись по сторонам, нехотя заявил:

– Наша фирма не практикует чаевые. Уберите!

– Хозяин – барин. Была бы честь оказана! – сказал Федя с удовольствием пряча доллары в карман. – А я бы не отказался, если бы кто мне предложил!

Оформив все документы и взяв счет для оплаты, они покинули торговый центр. Лизе показалось, что провожал их расстроенный взгляд продавца. Только когда они сели в подержанный Фольксваген Галушкина, настроение у продавца улучшилось и появилось злорадное выражение лица. Как змей, которому наступили на хвост, он зашипел им вдогонку.

– Изображает из себя крутого, а сам костюмы с чужого плеча носит.

Как в воду глядел он, в отношении Федора Галушкина. Федя до сих пор предпочитал одеваться в комиссионке.

На обратном пути движок у Фольксвагена тихо урчал, в салоне было прохладно от кондиционера.

– Как представлю, что я для Луганского Клима старался, мне аж нехорошо становится, – пожаловался Федор Елизавете Беркут.

– Почему для Клима, вы для всего банка старались, для сотрудников и для пайщиков.

– Нет! – отрицательно покачал головой Федя, – Вдруг он вытянет самую большую рыбину? Или целый садок судаков натаскает. С него станется. Этот паразит обязательно, что-нибудь придумает, а потом еще смеяться будет. Я его знаю.

– Да не переживайте вы раньше времени!

– И то, правда! – согласился Федор. – Есть грубая пословица. На хитрый зад всегда найдется…

– А вот пословиц не надо!

– Извини! Еще посмотрим, кто кого.