Лиза встала и протянула для приветствия руку, как она это привыкла делать в школе. Однако, старик с давно позабытой галантностью приложился к ней.

– Ваш покорный слуга – Демьян Петрович!

У Лизы мелькнула неурочная мысль, а сделал бы он то же самое, если бы она была в купальнике, и как бы это выглядело?

– В двадцать первом году один незаурядный человек тоже был назначен ответственным секретарем, и знаете, что из этого вышло? – спросил старик.

– Знаем! – смело ответила Лиза. Она поняла о ком идет разговор, Демьян Петрович намекал на генерального секретаря – Сталина. Он подытожил:

– Так вот, если вы знаете, о ком я говорю, я вам желаю сосредоточить такую же власть в своих руках, а то мне почему-то кажется, в банке дисциплинка хромает. А насчет конкурса – одобряю. По крайней мере народ трезвый будет.

Цезарь недовольно поморщился, но промолчал. Васька Кот был менее дипломатичен.

– Свинья если захочет всегда грязь найдет! – заявил он.

– Нашел, чем перед дамами хвастаться! – оборвал его Демьян Петрович. Лиза громко расхохоталась.

– Не надо его против шерстки гладить! – оригинально заступилась она за Ваську Кота. Тот сверкнул на нее яростными глазами и отошел в сторону. «Вот и врага себе нажила», – подумала Лиза.

Первый день на борту теплохода вступал в свои заявленные ранее права. Банковский народ, принимающий солнечные ванны, тащился от предвкушения вечернего праздничного ужина со спиртным и последующими танцами. С верхней палубы потихоньку стали исчезать дамы одна за другой. Наступало время демонстрации вечерних туалетов. Одна Лиза, закрывшись от пылающего диска солнца зеркальными очками, никуда не торопилась. Вечерняя светская тусовка ее меньше всего интересовала. Теперь она знала почти всех. После председателя совета директоров она познакомилась еще с двумя пайщиками. В отличие от директора «Гиганта» они прибыли со своими самоварами, бдительными супругами, и те не дали им перекинуться с Лизой даже парой вежливых фраз. Так что весь мужской контингент банка Лиза теперь знала великолепно. Ни один мужчина не оставил в ее сердце даже маленькой царапины, что уж там говорить про мифическую рану.

Мимо прошел стюард и спросил, не желает ли чего она? Лиза отрицательно покачала головой.

Банкет

При желании любому явлению можно найти объяснение: Зевс разозлился – молния сверкнула, гром грянул, мужик посмотрел на небо и перекрестился. Но это примитив или высокая материя, кто как хочет пусть так тот и воспринимает, а на самом деле неодолимая тяга к красоте является тем удобрением, которая дает самые вкусные и сладкие плоды.

Молодостью движет не борьба за хлеб насущный, не устремления к успеху, богатству, к свободе и прочим далеким и полу абстрактным понятиям, а более земное и естественное чувство. Сумасшедший старик Фрейд почти ухватил эту простую истину за хвост. Он трепанировал череп современной ему молодежи и доглядел, что она на девяносто процентов забита томительно-непрестанными заботами поиска сексуального партнера.

Если человек поднимается на достаточно высокую духовную высоту – это чистый, здоровый, красивый идеал, в поисках которого можно провести всю жизнь, но так его и не встретить.

А можно вроде мартовского Васьки Кота обнюхивать любую дворняжку. Выбор всегда есть.

Богоподобное существо в смокинге вытесанное Лизой долгими зимними вечерами идеальным резцом не было похоже ни одно из двуногих бреющихся самцов, бродивших сегодня по палубе парохода. Для себя она решила, что пусть лучше останется она синим чулком, чем разменяется на сомнительные плотские удовольствия с нелюбимым человеком.

Пока корабль ее нравственных устоев без больших усилий выдерживал заданное направление.