Лэймар обошел менеджера, подошел к нему сзади и внезапным ударом приклада по голове поверг его на землю. Удар в тишине прозвучал хлестко и громко. Оглушенный мальчишка, глотая кровь, лежал на полу. Когда он пришел в себя, глаза его расширились от охватившего его животного страха. Лэймар наклонился и схватил своей ручищей мизинец юного менеджера.

В ту же секунду мизинец, переламываясь, хрустнул в кулаке Лэймара.

Парень громко вскрикнул от боли. Потом он заплакал. Он зашевелил губами, пытаясь попросить пощады, но Лэймар живо его успокоил, приставив дуло ружья н его горлу.

— У меня нет времени. Или ты открываешь мне сейф, или я переломаю тебе все пальцы. Ты никогда не сможешь играть на пианино. Потом я буду медленно и мучительно тебя убивать, я постепенно выпущу тебе кишки. Думаешь, я этого не сделаю? Хочешь меня испытать? Я сделаю это, будь уверен.

Он отступил на один шаг. Парень постепенно овладел собой и, держась за стенку, поднялся на ноги. По распухшему лицу из носа текла слизь, смешанная с кровью. Он подошел к клавиатуре сейфа, и через секунду тот открылся.

— Не надо было тебе врать, — сказал Лэймар тоном строгого отца и выстрелил парню в грудь, убирая его со своей дороги.

В тот момент Лэймар и сам не понял, зачем он это сделал, видимо, просто из потребности в действии, без всякой осознанной причины.

Захлебываясь кровью, парень что-то забормотал, обращаясь к какому-то Энди, но Лэймар не обратил на это никакого внимания. Он перешагнул через раненого и заглянул в сейф. Это же золотое дно! Именины сердца! Его охватила волна ликования. Он собрал с полки запечатанные мешки с наличностью. Открыть их можно и позже. Лэймар побросал мешки в большой пластиковый пакет, купленный сегодня утром специально для этой цели. Он последний раз огляделся, не увидел ничего настораживающего и вернулся в зал ресторана.

Там все оставалось так же, как было до его ухода. Ничего не изменилось. Все застыли, как на фотографии, которую можно было бы озаглавить: «Ограбление». Рута Бет и Оделл удерживали от слишком активных действий посетителей и сотрудников ресторана. Официантки плакали, у одной из них началась истерика. Вахлаки сидели спокойно, боясь совершить какое-нибудь неловкое движение, они вообще не были способны на какие-либо Действия. Они боялись даже дышать. В этой толпе не нашлось героев или благородных рыцарей. Операция прошла превосходно. Кроме того, он посчитался с полицией за смерть отца!

— Итак, мальчики и девочки, теперь мы...

В следующую секунду он услышал нарастающий вой полицейской сирены.

— Нет! Только не это!

Ричард чувствовал, как все его существо поддается сумасшедшей панике. Он пытался овладеть собой, но не мог. В его мозгу что-то помутилось, перед глазами замелькали всполохи, в ушах стоял мелодичный звон. К ресторану на полной скорости подлетела патрульная машина, на крыше яркими вспышками мигал проблесковый маяк, сирена выла, как смертельно раненный зверь. Вслед за первой машиной спешила следующая, и та тоже не была последней. Он понял, что надо спасаться отсюда. Надо уносить ноги. Полицейские убьют его! Не сознавая, что делает, он вскочил на ноги. И тут он увидел то, что повергло его в еще больший ужас. Женщина, сидевшая за столиком через проход напротив, поднялась. В руке у нее был небольшой полуавтоматический пистолет. Женщина прицелилась в Лэймара. Ричард быстро, как только мог, потянулся к своему пистолету, но не смог достать его.