Высокий возмущенно фыркнул, тем не менее, продолжая тем же темпом месить дорожную грязь, размытую дождями.

— Это путешествие я нахожу слишком скучным. Хотите, я покажу вам фокус, коллега? — через короткую паузу спросил высокий.

— Ваши шутки, как правило, заканчиваются чьей-то смертью, коллега. Нас здесь только двое. Я бы предпочел не рисковать.

— У меня нет никаких правил, коллега. Я их не придерживаюсь.

Горбатый отрицательно покачал головой, что было едва заметно под балахоном.

— Вы противоречите сами себе, коллега. Вы говорите, что никогда не придерживаетесь правил. Но это само по себе правило, которое вы соблюдаете.

Высокий задумался:

— И правда. Но в каждом правиле есть исключение. Значит, есть исключение и из не-правил. Значит, я не придерживаюсь никаких правил, а то, что я придерживаюсь этого правила, есть исключение из не-правил, которых я придерживаюсь. Или это исключение есть единственное правило, которого я придерживаюсь, когда не придерживаюсь всех оставшихся.

Горбатый кивнул:

— В вашей логике есть смысл. Хотя она противоречива. Если сейчас, вопреки правилу, вы пошутите, и никто не умрет, это будет исключение из непринятия правила, или это будет само несоблюдение правил?

— Это, коллега, естественно, будет само несоблюдение правил. А знаете, что будет исключением из неприятия правил?

— Что? — заинтересовался горбатый.

— Если я убью кого-то, не пошутив перед этим.

— Логично, — согласился горбатый.

— Так что? Вы хотите услышать мою шутку, коллега?

Горбатый задумался.

— Если вы сейчас пошутите, и никто не умрет, это будет логичное отрицание правил. Но если я умру, это станет исключением из отрицания правил. Я не хочу быть исключением.

Высокий снова задумался.

— Вы снова правы, коллега. Но я уверен, должно быть решение. Должен быть выход их этого логического тупика.

Горбатый кивнул:

— Выход есть всегда, коллега. Чтобы получить результат, отличный от исходного, нужно изменить входные составляющие.

Высокий предположил:

— Например, я должен несмешно пошутить?

Горбатый кивнул:

— Да, это было бы выходом.

— Но это невозможно! Я не знаю несмешных шуток!

Горбатый снова кивнул:

— Это печально, коллега. Потому как ваши фокусы я действительно нахожу смешными. Но ни разу не видел несмешного. Как ни разу не видел, чтобы после шутки никто не умирал.

— Во имя нарушения этого правила или установления исключения из ненарушения правила я должен придумать несмешную шутку.

Горбатый кивнул:

— Я снова с вами согласен. Но как вы узнаете, смешная шутка или нет?

— Очень просто! — удивился высокий. — Я расскажу ее вам.

— Вы снова правы, коллега. Как я об этом не подумал.

Высокий задумался на миг, а затем спросил:

— Зачем уткам перепонки между лапами?

— Зачем? — заинтересованно поддержал горбатый.

— Чтобы тушить пожары! А зачем слонам широкие ступни?

— Зачем?

— Чтобы тушить горящих уток!

Горбатый задумался.