Я нажала верхнюю; дверь тут же закрылась, и я почувствовала, что поднимаюсь. Через несколько мгновений кабина выпустила меня на новой площадке; там тоже была дверь, и мне ничего не оставалось, как нажать на другую кнопку. Почему‑то в ракете, в отличие от базы, все эти двери отличались редкостным упрямством и не желали открываться при одном лишь моем приближении. А эта не открылась даже после нажатия кнопки. Вместо этого раздался удивленный голос:

– Ху зе хелл из ит?!

– Это я, Эйольта, – сказала я по‑ранайски, ожидая любой реакции.

Но наступила тишина. Я уже подумывала, не нажать ли на кнопку еще раз, когда дверь вдруг поехала в сторону. За ней был открытый космос! Чернота неба, усеянного звездами гуще, чем в самую ясную ночь, и в этой черноте ярко светился огромный голубой полумесяц. Ученые аньйо, измерив давление на уровне моря и в горах, давно сделали вывод, что на большой высоте воздуха слишком мало для дыхания, да и Раджив подтвердил это во время наших полетов. Я задержала дыхание и в ужасе отпрянула. Но уже в следующий миг поняла, что передо мной – такая же иллюзия, как и живые пейзажи на стенах человеческих домов.

– Ну входи, раз уж ты здесь, – услышала я и последовала совету.

Посреди космоса стоял круглый стол, на котором мягко светились дисплеи. Вокруг стола располагались шесть одноногих кресел; три из них, через одно, пустовали, в остальных сидели Раджив и двое пришельцев, с которыми я прежде виделась на базе, но общалась мало: розовокожий Сергей и желтокожая Кирико. Я подошла к ним, неуверенно ступая по распростертому под ногами звездному небу.

– Ну и ну, – продолжал Сергей, повернувшись вместе с креслом в мою сторону. – У нас на борту заяц. Прямо как в фантастических романах. Я предупреждал Валерию, что за девчонкой нужен глаз да глаз.

– Вам следовало выставить охрану при погрузке, – виновато улыбнулась я.

– Мы это учтем, – пообещал Сергей. – Вот что значит один раз нарушить инструкцию, допустив инопланетянина на базу. Вся система безопасности летит к чертям. Ну что, коллеги, выкинем ее в космос прямо сейчас или подождем, пока Джордж спустит с нас шкуры?

– Сергей, – поморщилась Кирико, – не пугай ребенка.

– Я не ребенок! – оскорбилась я. – Мне почти шестнадцать. И после всего, через что я прошла, меня не так легко напугать. Если бы он и вправду хотел причинить мне зло, он бы сказал вам об этом на инглише.

– Сильна, – восхитился Сергей. – Раджив, сознавайся, твоя работа?

– По‑твоему, я уже не понимаю разницы между флаером и челночной ракетой? – возмутился пилот, на мой взгляд, чересчур бурно.

– Раджив тут ни при чем! – заверила я их. – Я сама.

– Это вы Джорджу будете рассказывать. Я решила сменить тему.

– Так выглядит Земля из космоса? – спросила я, указывая на голубой серп. – Красиво.

– Нет, – ответил Сергей, – это Лийа. Твоя Земля вот, – он показал себе под ноги.

Теперь я уже и сама видела свою ошибку – сквозь голубизну проглядывали очертания гор и круглых кратеров, совсем не похожие на знакомую мне географическую карту. Но где же Земля? Под столом я видела только черноту. И лишь вглядевшись, различила, что она чуть светлее, чем космос вокруг, и лишена звезд, а с дальней от меня стороны стола ее очерчивает тоненькая синяя дуга.