|
Но людей ничто не могло образумить. Ими по‑прежнему правили страсти, они по‑прежнему были помешаны на спаривании, засоряли собственный генофонд, жрали отраву, губили природу, выкидывали огромные средства на тупые фильмы, тупые песни и еще более тупые спортивные матчи, прославляли своих безмозглых кумиров и платили гроши своим ученым – о, они искренне презирали «яйцеголовых умников», обеспечивших им все достижения цивилизации… Они были уверены, что жирный, сексуально озабоченный, воняющий пивом самец, жующий канцерогенный гамбургер перед телевизором, показывающим ему таких же кретинов, – это и есть «венец творения», что эволюция кончается на них и им ничто не угрожает, потому что «жили же как‑то до сих пор». Жили, пока низкий уровень технологий соответствовал низкому уровню их мозгов! Обуреваемое страстями полуживотное с дубиной может в худшем случае убить пару‑тройку себе подобных. Но если вместо дубины дать ему ядерную бомбу… Правда, ядерной войны им чудом удалось избежать. Я не буду рассказывать тебе принцип ядерного оружия, Эйольта, достаточно тебе знать, что оно при массовом применении превратило бы в выжженную ядовитую пустыню весь мир. И даже среди их лидеров не нашлось никого достаточно безумного для того, чтобы пустить его в ход, хотя несколько раз к этому подходило очень близко. Убедившись, что ядерной войны не будет, они окончательно почили на лаврах. Надо заметить, что при всей свойственной им бессмысленной злобе и жестокости не все их режимы были агрессивны. Некоторые, напротив, ударились в противоположную крайность и принялись отрицать всякое насилие, даже необходимое, всякое наказание, даже заслуженное. Рядом со странами, где людей забивали камнями за слово, сказанное против религиозных догм, появились не менее уродливые государства, где многократных убийц‑изуверов не только не казнили, но и создавали им в тюрьмах чуть ли не курортные условия – разумеется, за счет налогоплательщиков, в том числе родственников жертв! И не думай, что благодетельствовать преступникам начали потому, что все остальные граждане уже купались в роскоши. Нет, пока убийцы наслаждались жизнью на всем готовом, студентам приходилось мыть посуду в кабаках, чтобы заработать себе на образование! В этих странах бандитов даже было запрещено называть бандитами, дураков – дураками, а извращенцев – извращенцами, чтобы, не дай бог, кого‑нибудь из них не обидеть! Любой безграмотный варвар с криминальными наклонностями мог требовать себе привилегий – на том основании, что отказ предоставить таковые есть якобы унижение его национального или религиозного достоинства; и, разумеется, все эти привилегии предоставлялись за счет законопослушных граждан! Само собой, долго столь безумные режимы просуществовать не могли. В лучшем случае их смели радикально настроенные граждане, которым надоело терпеть это издевательство, и тут же, разумеется, начались перегибы в обратную сторону, с этническими чистками и расправами без суда; в худшем же случае – те самые варвары, вооруженные, однако, отнюдь не варварским оружием, успевшие обосноваться в этих странах или вторгнувшиеся из‑за границы. Карта мира была перекроена в очередной раз, и возникли новые блоки, объявившие друг друга смертельными врагами. А так как планета уже давно задыхалась от перенаселения и дефицита ресурсов, мало кто из думающих людей сомневался, что дело идет к новой мировой войне.
И вот тогда на Земле возник заговор интеллектуалов. Тех, кто во все времена по уму и развитию намного опережал окружающую толпу, но вынужден был довольствоваться ролью прислуги у малограмотных, обуреваемых страстями вождей, – и это еще в лучшем случае. В худшем их просто травили и уничтожали. Джордано Бруно, в честь которого мы назвали вашу звезду, сожгли на костре за его идеи, и таких примеров в земной истории великое множество… Интеллектуалы никогда не рвались к власти, все, чего они хотели, – это спокойно заниматься наукой и творчеством. |
