— Да.

— Точно? — еще раз переспросил он Валерку.

— Точно, — покашляв, но все же хрипло отвечал Валерка.

Димка больше ничего не стал спрашивать, он просто пошел себе куда-то, не вынимая рук из карманов куртки и ссутулившись еще больше. Даже со мной не попрощался. Вот тебе и очная ставка…

Катков сходил за выпавшим ведром и, сопя, стал запихивать его в тачку, где вообще-то было тесновато. Запихнув ведро, он, так же сопя и толкая перед собой тачку, пошел мимо меня к металлической двери служебного помещения, даже не посмотрев в мою сторону.

— Валер, — окликнул я его, когда он уже собирался открыть эту дверь. Мне было досадно отпускать его без всякого результата.

— На фиг ты привел его?! — сорвался Валерка. — Пошел отсюда, коз-з-зел. Не то сейчас охрану позову.

С этими словами он скрылся за дверью. Я побежал догонять Димку Кокошина. Очная ставка провалилась. Я ничего не узнал. Весь мой план рушился прямо на глазах.

— Ну что? — спросил я, догнав Димку уже у пруда. — Узнал, что хотел?

— Узнал, — коротко ответил Димка.

— И что?

— И ничего. Что ты ко мне привязался? Ну, потерял я фотографию, тебе какое дело? Мне вообще на нее наплевать. И ты позабудь.

— А чего ж ты сюда приперся? — и вправду начал удивляться я.

— Я ее вместе с сумкой потерял. Думал, он и сумку нашел. Видишь, нет. А на фото мне наплевать, — раздраженно пояснил Димка.

— А что в сумке-то было?

— Учебники. Я здесь школу прогуливал, понял? Думал, может, найдется. Отчим ругается. Ладно, Сань, забудь. Мне домой пора.

И Димка пошел к выходу, оставив меня в полной растерянности. Я постоял еще немножко и понял, что теперь мне нечего больше делать, как бежать в кафе, где я оставил девчонок.

В кафе я застал только Светку, Наташкин стакан с пепси стоял нетронутым.

— Ну, вы сделали, что хотели? — спросила меня Светка.

Я кивнул и тоже спросил:

— А где Наташка?

— Ушла, — ответила Светка, — почти сразу вслед за вами. Сказала, что ей домой надо. Только, по-моему… По-моему, она обижена.

Я развел руками.

— А зачем ты ее привел? — Светка еще не удовлетворила свое любопытство.

— Она сама, — хмуро ответил я. — Она в меня влюбилась.

— Бедненькая, — по-моему, искренне пожалела ее моя подруга. — А ты еще поцеловал меня при ней.

— Ну, знаешь, — возмутился я, — что же мне делать?

— Так нельзя. — Светка смотрела на меня с укором. — Ты должен был ей сам все объяснить, а не целоваться со мной при ней.

— Тьфу, — я плюнул в сердцах. И Светка еще тут меня поучает.

— И меня с ней еще оставил, хотел, что ли, чтобы мы поругались?

— Да ты что? — опешил я.

Но Светка встала из-за стола и молча пошла к двери. Я поплелся за ней.

На улице Светка прямо направилась к выходу со старой территории. Я не возражал. Во-первых, я разозлился на нее тоже. А во-вторых, мне больше нечего было делать сегодня в зоопарке. А может, и вообще никогда, раз все ничем закончилось.

Едва мы вышли за ворота, Светка мне сказала:

— Ты меня сегодня не провожай, ладно? В следующий раз.

Я промолчал и не пошел за ней следом, когда она гордо удалилась в сторону «Краснопресненской». На мой взгляд, ей не на что было обижаться. Я повернулся и пошел в другую сторону, вверх по Большой Грузинской.