|
Я посоветовал им во время второго обыска сделать раскопки на территории дома, а также обыскать рабочий кабинет в Harris Corporation. Именно тогда выяснилось, что стопки кредитных карт исчезли, а Крачли, похоже, имел незаконный доступ к секретной информации о военно-морских вооружениях и средствах коммуникации. Часть информации была записана на защищенных паролем дискетах, но специалисты взломали пароль. Другие федеральные ведомства рассматривали возможность обвинить его в шпионаже. Также мы нашли пачку из семидесяти двух карточек размером три (7,6 см) на пять дюймов (12,7 см) с женскими именами, телефонными номерами и сделанной Крачли оценкой их сексуальных достоинств. Следователи позвонили некоторым из этих женщин, и кое-кто из них намекнул на то, что Крачли нападал на них и ограничивал им передвижение, но большинство утверждали, что он просто вел себя немного странно. Были основания предполагать, что и его жена вела себя странно.
Я настоял на том, чтобы выяснить больше о прошлом Крачли. Мы узнали, что в 1978 году Крачли последним видел живой некую Деббору Фитцджон, секретаршу из округа Фэйрфакс в Вирджинии, исчезнувшую из своего дома на колесах. Полиция Фэйрфакса расследовала возможную связь между нею и Крачли (никаких обвинений при этом предъявлено не было). Также мы узнали, что где бы Крачли ни проживал – например, в Пенсильвании, – в тех местах сообщали о пропаже женщин или о нахождении трупов, хотя ни в одном случае не было установлено связи между ними и Крачли. В апреле 1986 года, когда уже дело было готово к суду, Крачли решил признать себя виновным в похищении и изнасиловании в обмен на снятие обвинений в выпивании крови (нанесении серьезных телесных повреждений) и в хранении наркотиков. После подачи заявления он на пресс-конференции попытался приуменьшить тяжесть своих поступков. Вторя ему, жена утверждала, что его преступление было «простым изнасилованием, без всяких признаков жестокости». Прокурор штата Норман Вулфингер попросил меня снова помочь им на этой стадии, потому что власти штата настаивали на более строгом наказании по сравнению с тем, которое обычно назначают лицам, впервые совершившим похищение и изнасилование. Обычным наказанием был срок от двенадцати до семнадцати лет; с возможностью сокращения за примерное поведение Крачли мог провести за решеткой от четырех до пяти лет, но власти считали, что его скорейшее освобождение не в интересах общества. Я согласился и снова приступил к исследованию, прежде чем отправиться во Флориду и выступить на предварительных слушаниях. Я узнал, что родители Крачли были хорошо образованными людьми. Но мать Крачли до пяти-шести лет одевала его как девочку, и, кроме этого, в его детстве наблюдались некоторые другие странные особенности. К моменту вынесения приговора Крачли сообщил психиатру, что в юности как-то наблюдался у специалиста. Знакомые и его бывшая жена сказали, что ему нравилось управлять людьми, что он часто настаивал на своем, ему нравилась жестокость в сексе. Другие сказали, что им известно о случаях группового секса, в которых он участвовал. Были кое-какие свидетельства его бисексуальности, и из интервью с женщинами, имена которых были указаны на обнаруженных карточках, выяснилось, что Крачли любил различные сексуальные эксперименты. Такое безудержное сексуальное экспериментирование – одна из тех характерных черт поведения, которое я описал как ассоциируемое с серийными убийцами. В июне проводились предварительные слушания, зал суда был переполнен. Крачли – стройный, светловолосый и производящий впечатление хорошо образованного человека – решил защищать себя сам. В своей трогательной двухчасовой речи он утверждал, что всего лишь был любителем сексуальных экспериментов и что поведение, за которое его осуждают, было его личным делом и не находится в юрисдикции суда. Хотя в обвинительном акте отсутствовало обвинение в употреблении крови, на слушаниях этот факт всплыл вновь, поскольку решался вопрос, в какой степени Крачли нанес повреждения жертве. |
