«Одно из двух: либо Ванышева тоже, как и я, разыскивает Свергину, либо они в сговоре и Гелена приезжала к ней по делу. Ведь, по сути, о Зое я практически ничего не знаю».

Ванышева поехала по шоссе, Строгулин, держа дистанцию, следом. Она въехала на огромную стоянку перед гипермаркетом. Вышла из машины. Строгулин не отставал и вдруг его, словно жаром обдало. Он увидел на руках Гелены кожаные перчатки. Это летом! Она остановилась рядом с урной, с брезгливостью стянула их и выбросила.

Арсений чуть ли не бегом вернулся к своей машине и помчался обратно. Он вновь подъехал к дому, от которого стал преследовать Гелену. Уточнил адрес, взглянув на листок, и нажал на кнопку домофона. Домофон не работал, а дверь открылась от толчка рукой.

Арсений поднялся в скрипящем и дергающемся, словно в конвульсиях, лифте на восьмой этаж. Позвонил в квартиру. Дверь открыла молодая девица в блузке, усыпанной блестками.

— Вам кого? — с интересом разглядывая Строгулина, спросила она.

— Простите, вероятно, я ошибся. Мне нужна Зоя Свергина.

— И зачем это она вам нужна? Вы, что, следователь?

— Нет. Отчего вы так решили?

— Ну так она ж под следствием состоит. Из комнаты раздался чей-то повизгивающий крик, на который девица не обратила никакого внимания.

— А может, вы врач из психдома? — залилась она хохотом.

— Простите, несомненно, я ошибся, — Строгулин нажал на кнопку вызова лифта.

— Вы все-таки скажите, зачем она вам нужна? Она ведь ополоумела! — повернувшись в сторону комнаты, девица повысила голос: — Чокнулась!

— Прекрати! Скотина неблагодарная! Прекрати! — донеслось в ответ.

— А за что я должна быть благодарной?! — огрызнулась она с такой злостью, будто собака, спущенная с цепи. — За твой великий дар?! Да подавись ты им! Жизнь она мне подарила! А я просила?

— Заткнись! — на пороге комнаты, держась за живот, появилась Зоя.

Увидев Строгулина, она вскрикнула, отняла руку от живота и чуть не упала, едва не потеряв сознание.

Арсений с девицей бросились к ней, подхватили и довели до разобранного дивана.

Зоя легла и закрыла глаза. Арсений оглянулся, обнаружил у противоположной стены стул. Придвинул его к дивану и сел, с удивлением оглядывая скудную обстановку комнаты: телевизор выпуска восьмидесятых годов прошлого столетия, магнитофон приблизительно того же периода. Из коридора доносилось урчание допотопного холодильника. Он перевел взгляд на Зою. Она по-прежнему лежала с закрытыми глазами, только теперь из них по бледному, без кровинки, лицу текли слезы.

Девица подошла к ней.

— Ну как ты? Хватит! — сунула она в ее, казалось, безжизненную руку платок.

Зоя поднесла его к глазам и разрыдалась. Девица выругалась и пошла на кухню за водой.

— На! — протянула она ей стакан. Но Зоя, не открывая глаз, оттолкнула ее руку, и вода пролилась на Строгулина.

— Ну что наделала! — заорала девица.

Зоя открыла глаза и встретилась с Арсением взглядом.

— Что случилось? Ты заболела? — начал он, промокая носовым платком брюки. — Почему ты не пришла, как мы договорились?..

— Как ты меня нашел? — хриплым, усталым голосом спросила Зоя.

Строгулин поведал ей о своем визите в дом, где она когда-то жила, о словоохотливом Борисе.

— Понятно, — чуть усмехнулась посиневшими губами Зоя. — Теперь понятно, как меня вычислили.

— Кто? — насторожился Строгулин. — Гелена?

— Понятия не имею.