— И что же? — с любопытством спросил он.

— С этим вашим чувством юмора… Почему вы до сих пор живы?

Часть 52

«Все-таки зелья — это великая вещь, — подумала Марина Николаевна наутро, — пожалуй, даже лучше передовой фармацевтики. Особенно, если тебе что-то готовят индивидуально…»

Что было, то было: на ночь (хотя что там оставалось той ночи?) — зелье сна без сновидений, потому что иначе, после всех перипетий этих крайне насыщенных событиями суток, уснуть просто так вряд ли бы получилось. А и вышло бы, так потом поди проснись в нормальном настроении и не чувствуя себя разбитой и еще более уставшей!

С утра пораньше (Марина Николаевна решительно задавила робкий внутренний голосок, намекавший на то, что можно поспать до завтрака, хотя поблажку себе все же сделала, встав в половине седьмого, а не шестого) — пара капель бодрящего зелья и еще какой-то бурды, после которой жизнь показалась не то что сносной, а почти прекрасной! После этого уже можно было сделать зарядку (потому как дела делами, а запускать себя не годится), принять холодный душ и выпить кофе уже просто ради удовольствия, а не для того лишь, чтобы суметь разлепить глаза.

«Вы думаете, это мне понадобится?» — спросила она намедни у Снейпа, когда он впихнул ей этот дамский набор.

«Я уверен, — коротко ответил он. — Главное — следовать инструкции и не злоупотреблять… гм… веществами. Это на крайний случай».

Об этом он мог бы и не упоминать, равно как мог бы и не подсовывать в коробочку с флаконами крохотную бутылочку коньяка с этикеткой «Выпей меня!» и пояснением на привязанной к горлышку бирке — «Отличное средство против стресса». От стресса помогали и другие методы, но этой ночью о них даже думать не хотелось: мечталось только о мягкой подушке, а назвать мягким Снейпа мог бы только сильно оголодавший людоед, и то после суток варки…

— Что за чушь лезет в голову, — пробормотала Марина Николаевна и взялась разбирать корреспонденцию, благо накопилось ее немало.

В основном это были письма от родителей — их она отложила на потом, чтобы прочитать разом, сочинить нейтральное по тону и обнадеживающее послание, а затем добавлять к шаблону ответы на конкретные вопросы.

А вот и конверт с министерской печатью…

«Дорогая Долорес! — писал Фадж. — Уильямсон уже доложил о ночном происшествии, а с утра пораньше меня забросали жалобами и вопросами — что происходит в Хогвартсе, почему там вторую ночь подряд раздаются какие-то взрывы и видно свечение неизвестного происхождения?»

— Да, похоже, мы засветились в прямом и переносном смысле, — пробормотала она и продолжила читать.

«Разумеется, мой пресс-секретарь (эту роль самоотверженно взял на себя все тот же Перси Уизли, на редкость все-таки смышленый оказался юноша!) сообщил, что поводов для беспокойства и тем более паники нет, а эта иллюминация — в честь Хэллоуина. Что касается взрывов — дети переборщили с хлопушками и фейерверками, только и всего. Полагаю, вы понимаете, что следует придерживаться именно этой версии: по мнению Уильямсона, сами-знаете-кто, подсчитав потери, может двинуть на Хогвартс оставшиеся у него отряды.

Признаюсь, это решение далось мне нелегко, но я вынужден был согласиться со мнением вооруженного большинства: другого случая уничтожить всю банду разом может и не представиться. В поддержку уже расквартированным в Хогвартсе отрядам направлены все, кто может сражаться на должном уровне. Можете не беспокоиться: даже пожилые авроры — это не самодеятельные боевики вроде членов Ордена Феникса.