— Кроме учеников, — изрекла та.

— Увы! Ладно, пойду к профессору Вектор.

— А, у них с Синистрой точно все в порядке, можете не тратить времени понапрасну, — махнула рукой Граббли-Дёрг.

— Для галочки все равно нужно, Вильгельмина.

— Сходите лучше на маггловедение к Чарити, — сказала та, — думаю, будет интересно!

— Она у меня в последних рядах, сперва профессор Вектор, а потом Снейп, — вздохнула Марина Николаевна. — Можете сказать о нем что-нибудь?

— Ну, он мастер своего дела. И человек директора, хотя слухи ходят самые разные, — негромко произнесла Граббли-Дёрг. — Поосторожнее с ним. Хоть вы и ставленница министра, жизнь он вам запросто может отравить в прямом и переносном смысле слова…

— Я уже наслышана о его методах преподавания, и, на мой взгляд, они далеки от совершенства.

— Преподавание — абсолютно не его стезя, Долорес, — прямо сказала Граббли-Дёрг. — Такие люди должны сидеть в лабораториях, раз в полгода, а то и чаще блистать на турнире по зельям или международной конференции и снова исчезать в своих подземельях. К детям их на пушечный выстрел подпускать нельзя! Хотя, — добавила она справедливости ради, — СОВ у него еще никто не провалил.

— Что же он, в таком случае, делает в школе? — нахмурилась Марина Николаевна.

— Долорес, я знаю не больше вашего. Наверно, есть причина, — она принялась набивать трубку, не сводя при этом глаз с учеников. — Я ведь не так часто тут бываю, даже сплетен не знаю. Да и не имею привычки их коллекционировать.

— Ну и прекрасно. Предпочитаю увидеть всё своими глазами.

∗

Что преподаватель из профессора Снейпа скверный, Марина Николаевна убедилась с первых же минут присутствия на занятии. Видно было, что ему жаль зря потраченного времени, испорченных ингредиентов, глупые ученики раздражают, но и махнуть рукой и понаставить всем криворуким олухам «удовлетворительно» вне зависимости от достигнутого результата он тоже не может. Одна из худших разновидностей преподавателя!

Причем он ведь вошел в замкнутый цикл, подумала Марина Николаевна: с детьми ему возиться совершенно не интересно, а на продвинутый курс он берет только лучших… Только откуда взяться этим лучшим, если сам не натаскаешь с нуля?

Очевидно, Граббли-Дёрг была права… Если верить прессе (а Марина Николаевна перелопатила в библиотеке подшивки за последние несколько лет, благо сортировочное заклятие работало отлично), профессор Снейп был самым молодым Мастером Зелий в последнем столетии, и звание это он получил не вчера. Можно представить, до какой степени ему было скучно в школе! Все равно, как если бы обладателя докторской степени по физмату отправили в начальную школу дроби объяснять…

Правда, на занятии — а зашла Марина Николаевна на урок первого курса Гриффиндор-Слизерин, — царила тишина и порядок. Ученики старательно пыхтели, нарезая и взвешивая ингредиенты, а Марина Николаевна с интересом наблюдала: вон та девочка явно боится открытого огня и кипящей воды, а тот мальчик ужасно неуклюже держит нож — похоже, он никогда даже хлеб самостоятельно не резал, что уж говорить о разнообразных корешках! Еще одна ученица брала рогатых слизняков двумя пальцами, чуть не плача, до того они были противными, а ее напарник ухитрился расколоть ступку, с таким старанием растирал змеиные зубы.

Ну и, конечно же…

— Сэр! — за дальней партой поднялась рука, и Снейп обернулся.

— Что вам, Аберкромби?

— Сэр, я перепутал рецепт, — честно сказал тот.