– А что ты почувствовал, когда узнал, что Дэвид Коулз в Нью‑Йорке?

– Уверенность.

Я уставился на него.

– Уверенность, что найду Салли.

– И ты купил здание на Рид‑стрит.

– Точно.

– Зачем?

Его глаза сразу посуровели.

– Из любопытства.

Его ответ – и тон, каким он это сказал, – не на шутку меня обеспокоили, и я сразу вспомнил, с каким поразительным дружелюбием он беседовал с Дэвидом Коулзом, когда мы зашли в «РетроТекс» на следующий день после покупки здания. Теперь мне было ясно, что все это была показуха, обман чистой воды. Несомненно, пересмотреть условия аренды и снизить Коулзу арендную плату Джей тоже решил неспроста…

– Ты прослушиваешь его телефоны? – спросил я. – Должно быть, подключился к линии откуда‑нибудь из подвала.

– А как бы ты поступил на моем месте?

– Наверное, так же, – признался я. Джей кивнул:

– Всего‑то и надо было – вскрыть телефонную коробку и купить по каталогу кое‑какую электронику, – сказал он. – Сущий пустяк даже для такого дилетанта, как я… Впрочем, звонки, которые я подслушал, были не особенно интересными. Большинство не имело отношения к моим целям, и лишь изредка мне удавалось попасть на разговоры Салли с отцом. Именно из них я узнавал про ее дела, про ее планы и прочее. Кроме того, Коулз и его новая жена иногда говорят о школьных проблемах, приходящих учителях, детских днях рождения, о врачах, болезнях… Эта женщина, кстати говоря, стала Салли хорошей матерью. Дэвиду Коулзу крупно повезло.

Эти слова заставили меня вспомнить о моей жизни с Джудит и Тимоти, и мне стало очень грустно.

Похоже, и я, и Джей лишились самого главного в жизни, и теперь нам оставалось только оплакивать наши потери. И все же мы были разными. Я чувствовал это, видел в его горящих нетерпением глазах. Какая‑то черта характера Джея, какая‑то особенность его личности, которая не была связана ни со старой фермой, ни с тем, что могло быть там закопано, продолжала ускользать от меня. Мне казалось, это было нечто весьма существенное и важное – нечто такое, что помогало Джею сосредоточиться на главном и толкало на рискованные предприятия, вроде слежки за Салли Коулз на баскетбольных матчах и любительских концертах.

– И ради этого… ради того, чтобы подслушать несколько телефонных разговоров, ты купил это здание? – спросил я. – По‑моему, Джей, ты что‑то скрываешь. Наверняка есть что‑то еще…

Он не ответил. Я видел, что ему не хочется отвечать.

– Мне это не нравится, Джей.

– Я знаю, что делаю, – уклончиво сказал он. – У меня все продумано.

Нельзя на этом задерживаться, понял я, иначе он может вовсе замолчать. Нужно поскорее задать другой вопрос, чтобы отвлечь его. Ну‑ка, Билл Уайет, поднатужься…

– А как насчет Элисон? – спросил я. – Ты с ней связался только из‑за Салли?

– Ну, ты молоток, Билл!.. – Джей через силу улыбнулся. Наверное, он хотел разрядить обстановку, но его улыбка меня… испугала. Ее нельзя было назвать откровенно злобной, но в ней было достаточно холодности, чтобы я забеспокоился.

– Нет, ты и вправду молодец… – Джей покачал головой. – С Элисон я связался по той же причине. Это, впрочем, было нетрудно: я сделал вид, будто хочу купить в ее доме два верхних этажа, и агент риелторской компании возил меня туда чуть не каждый день.