– Вы что-то сказали, Аркадий? – обернулся скачущий рядом Лир.

    Вирусолог хмуро поднял голову и ответил:

    – Запомни, мелкий, все проблемы в этой жизни из-за баб!

    – Все-все?!

    – Абсолютно. Ева съела яблоко, Пандора открыла ящичек, из-за Елены началась Троянская война, а про Юдифь я вообще промолчу… Что им вечно все не так? Можно подумать, этот Педро чем-то лучше меня…

    – A-a, вот вы к чему!

    – А что ты ухмыляешься?! Тебе все эти радости еще предстоят… Если, конечно, из Разлома живыми уйдем. Эти женщины! Они, знаешь… как соль! С ними несладко, а без них – невкусно…

    – И что же нам делать? – моргнул паренек.

    Аркаша вздохнул, вспомнил ласковые черные глаза и сказал:

    – Что-что… Терпеть!

    Лир с недоумением посмотрел на своего «спасителя» и пожал плечами. Ход мыслей вирусолога ему был не очень понятен.

    …Огромная трещина на песчано-безжизненной поверхности Равнины, протяженностью в несколько сотен метров, Зияющим Разломом именовалась не зря. Темный провал между рваных каменных краев тянул подойти поближе к краю и заглянуть… Хотя глядеть там, в сущности, было не на что. Мул ни на йоту не приврал – клубящийся в разломе угольно-черный туман выпирал из скважины, бугрился волнами, размазывался грязными потеками по невидимому куполу границы древнего заклятия и вызывал только одно желание – бежать отсюда куда глаза глядят и никогда обратно не возвращаться.

    – Дас ист фантастиш, унреалистиш! – присвистнул Аркаша, окидывая взглядом конечный пункт назначения. – Так нам сюда? Что-то не вдохновляет, ей-богу…

    – Это Разлом, – сказал Лир. – Аркадий, вы все еще уверены, что хотите спуститься туда один?

    – Я уверен только в одном… Что вообще туда соваться не хочу! – честно ответил вирусолог, осторожно тыкая кончиком пальца в туман. Черная муть оживилась, завилась кольцами и облепила палец, как несвежий кисель с повышенным содержанием крахмала. – Фу, ну и гадость! – Он отдернул руку и оглянулся на спутников: – Говорите, герой я?

    – Герой! – хором подтвердили оба, делая синхронный шаг назад, подальше от темной трещины.

    Ильин нервно хмыкнул:

    – Соратнички! Поддержки от вас – как от моего папани рассуждений о ядерной физике… Ладно! Сидите тут, я постараюсь быстрее. Одна нога – здесь, другая – там…

    – Лучше чтобы здесь, и обе! – прогудел Барбуз. – Нехорошее это место! Может, пойдем лучше отсюда, а?

    – Не сбивай с панталыку! – потребовал медик, собираясь с духом. – Елки-палки, ну и куда тут шагать?! Не видно же ни черта!

    – А вы на ощупь! – подсказал Лир.

    Аркадий смерил его недовольным взглядом:

    – Ага! Уже полетел! Я не каскадер с узкой специализацией по прыжкам на тот свет…

    Он прошелся туда-сюда по краю бездны, потыкал носком сапога рыхлый туман, пожалел про себя об отсутствии парашюта и застыл над Разломом, задумчиво грызя ноготь на большом пальце.