На дворе уже начало светать. Гроза прекратилась.

    – Вот вы, значит, какие… – прошелестело в воздухе, и ребята замерли на недоломанном крыльце столбами: сплошная стена темного леса неуловимо принимала очертания… человеческого лица! Ветви-брови, глаза-просветы между деревьев, рот, улыбающийся кривыми стволами елок…

    – Хозяин леса! – пискнул за спинами приятелей людоед, вытаращив глаза.

    – Вот это спецэффект… – ахнул Аркадий.

    – Кто? – переспросил барон.

    – Не обзывайся, двуногий! – недовольно колыхнулась чаща. – Людоед прав – я Хозяин леса. Я – сам лес. Каждое дерево, каждый высохший пень, каждая букашка – это я!

    – А эти снусмумрики зубастые? Твоих зеленых лап дело? – прищурился медик.

    Лес зашумел, будто вздыхая:

    – Моих. Они были наказаны, и они за все ответили… Я их отпускаю.

    – А за что вы их так? – подал голос Хайден. – И кто они такие?

    – Те, кто убивал меня ради жестокой забавы, – нахмурились сосны, – кто не знал пощады, жалости и меры, те люди, которые когда-то жили здесь…

    – Пропавшие князья! – дошло до вирусолога. – Вот куда они делись-то! Сурово… А за что ты на нас их натравил, а, мечта бензопилы «Дружба»?! Мы тут и пальцем ноги никого даже в мыслях не трогали!

    – Вы – люди. Они – звери.

    – И чего?!

    – Я повелел им на собственной шкуре узнать вкус холодной стали. Каждый раз умирать от руки человека и снова возрождаться, чтобы снова умереть… Пока не истечет их срок или кто-нибудь не отпустит их, убрав меч в ножны, так, как в свое время не сделали они…

    Аркаша кинул мимолетный взгляд на тесак и смущенно спрятал его за спину.

    – Срок истек. Пускай покоятся с миром! – торжественно провозгласил лес.

    – Подождите. – Хайден сделал шаг вперед. – А тот, последний, лохматый, он ведь живой остался! Как же он «упокоится»?

    – А… да, – вспомнил Хозяин и неопределенно махнул разлапистой веткой. – Ну жив так жив. Пускай…

    – Так и…

    – Прощайте, люди! – Ветер пронесся по верхушкам деревьев, и лес снова стал ничем не примечательной глухой чащобой…

    Все трое переглянулись, но не успели и слова сказать, как из-за бревенчатого угла дома донеслось:

    – Здравствуйте…

    ГЛАВА 5

    Аркадий скептически рассматривал стоящего перед ними растрепанного паренька лет семнадцати. Рязанская мордашка, заросший еще похлеще Хайдена, из одежки – такая рванина, что смотреть жалко, но в целом обычный такой парень…

    – Как звать-то тебя, Маугли? – со вздохом спросил медик, так и не найдя, к чему придраться.

    – Лир, – косясь на тесак в руке вирусолога, осторожно ответил юноша.

    – Лир? Король?!

    – Нет… А что, похож?

    – Боже упаси! Так, музыкой навеяло… Значится, это тебя я помиловал, что ли?

    – Меня… Ой! Спасибо! – опомнился паренек, бухаясь перед опешившим Аркадием на колени и впечатываясь лбом в мокрую землю.