Но, как воин ни старался, он не мог узнать окрестностей. Горы и, иногда, реки оставались теми же самыми. Всё остальное было чужим. Легко сказать — относиться, как к настоящему! У ольта было сорок шесть веков, ему легко советовать.

Ривллим не раз пытался представить себе сорок шесть веков — и не мог.

— Помнится, ты говорила про клад? — спросил Ривллим, когда они остановились на последний привал.

…Дорога на Меорн оказалась утомительной. Прежде всего, Фиар наотрез отказалась ехать верхом более двух — трёх часов в день. Лошадей, дескать, не переносит.

Кроме того, её оказалось не затащить в святилище Хранительницы — на расстоянии трёх конных переходов от Башен. Узнав, что жрецы в состоянии переправить весь их отряд в Меорн за считанные минуты (Ривллим не понимал, как это делается), Фиар отказалась даже обсуждать такой способ передвижения. Кто — то из солдат шёпотом предложил пронести её внутрь силой. Девушка всего лишь улыбнулась советчику, но тому всю следующую неделю не давали покоя кошмарные сны.

Иерарх не выказал удивления и вручил Ривллиму посох. С его помощью отряд двигался по лесу раз в десять быстрее. Ривллим платил за использование посоха нечеловеческой усталостью; пробуждение становилось пыткой. Фиар, похоже, об этом знала.

Всего их ехало восемь человек, включая Роимала, Вемкамтамаи, Ривллима и Фиар. Капитану предстояло вернуться назад и устраивать линии обороны — необходимо выстоять хотя бы три недели. Шалириты вели сразу три военные кампании — одну против Севера, одну против восставших племён на дальних западных островах и ещё одну — против какого — то подземного народа. Ривллим хотел расспросить поподробнее, но капитан неожиданно замкнулся — видимо, понял, что сболтнул лишнее…

— …Клад? — Фиар ответила не сразу, погружённая в раздумья. Весь вечер она сидела у костра, любовалась пляской языков пламени. Она взглянула спутнику в глаза и улыбнулась, прищурившись. — А я — то думала, когда ты о нём вспомнишь? Клад там, — она махнула рукой себе за спину, — откуда мы так поспешно уехали. Но мы ведь вернёмся?

— Несомненно, — согласился Ривллим. Фиар выглядела бледнее обычного, а ела ли вполовину прежнего аппетита. — Плохо выглядишь, хелауа. Не заболела?

— Нет, — буркнула девушка и посмотрела на Ривллима с вызовом. — Просто устала. Слишком много всего сразу… случилось.

— Это верно, — воин уселся рядом, скрестив ноги. Фиар чуть отодвинулась. Она молчала почти весь день. Плохой признак. — Если Вемкамтамаи прав, мы сейчас далеко в прошлом. Мне интересно, на месте ли клад.

— На месте, — равнодушно ответила Фиар. — Это «Чёрный дождь». Он скрыт давно, очень давно.

— «Чёрный дождь»? — Ривллим недоверчиво поднял брови. — Так это же легенда. На этом месте, если не ошибаюсь, стоит… стоял… в общем, не то город, не то что — то ещё. Уж конечно это место перерыли сотни раз.

— Легенда, — вновь кивнула девушка, и глаза её загорелись, а лицо обрело живое выражение. — Я сумела отыскать вход в сокровищницу.

— Так тебя… — у Ривллима неожиданно пересохло в горле. — Так тебя держали в Шести Башнях, чтобы ты…

— И за это тоже, — кивнула Фиар, не без удовлетворения отметив уважительный взгляд спутника. — Ну что, поможешь добраться до него? Одна я могу не справиться.

— Если хотя бы сотая честь легенд не врёт, нам не совладать с «Чёрным дождём», — осторожно заметил Ривллим.