— Сокровищница эта многоярусная, достраивалась несколько раз. Построили её ещё до появления людей на Большой Земле. Ни одна из наземных рас не причастна к появлению гробницы.

— Тогда кто же? — не утерпел воин. История была для него необычайно притягательным предметом; по сути, сидеть вот так и слушать рассказы о прошлом было едва ли единственным занятием, способным поглотить его внимание без остатка. А фраза «до появления людей»… Представить себе время, когда ни один человек не ходил по земле, было невозможно.

— Трудно сказать, — пожал плечами ольт. — Не дарионы; они не строят подобных гробниц. Не рептилии, они вообще не строят погребальных сооружений. Насколько я знаю.

— Я слышала, — встрепенулась Фиар, тоже позабывшая обо всём остальном, — что глубоко под землёй обитает очень древняя раса рептилий, и они…

— Возможно, — кивнул головой ольт. — Я слышал множество рассказов и историй об обитателях глубин, огня и льда, воды и пустынь и даже того пространства, что лежит за пределами нашего мира… Словом, первоначальная постройка очень древняя. В ней долгое время устраивали кладбища самые разные народы; постепенно подземный комплекс разрастался, до случившегося однажды сильного землетрясения. Гробница не разрушилась, но оказалась отрезанной от внешнего мира: часть скалы, в которой она находилась, опустилась глубоко под землю. По слухам, землетрясение произошло оттого, что кто — то впервые попытался похитить «Чёрный дождь».

— Что это и отчего так называется? — воин наклонился и бросил в костёр ещё несколько веток. — Мне казалось, что это — название самой гробницы.

— Нет, это название основного сокровища. По легенде, которая представляется мне наиболее близкой к истине, того, кто пытался завладеть «Дождём» и оказался недостойным, поражает странное проклятие. Оно не вредит жертве, но оказывается враждебным ко всем, кто заговорит с ней. Чаще всего оно проявлялось в виде чёрного дождя, который проливался над теми, кто оказался столь неосторожен. Поля от него становятся бесплодными, люди преждевременно стареют и болеют неизлечимыми болезнями, в таком духе. В конце концов того, кто отваживался пробиться к гробнице, наверху ждала смерть. Прошло не очень много времени — несколько веков — и «Чёрный дождь» перестали беспокоить.

— Но что это такое?

— Никто не знает, — пожал плечами ольт. — неизвестно также, кто положил «Дождь» в гробницу. Непонятно, зачем это было сделано. Боги не торопятся открывать эту тайну и, следовательно, на то есть веские причины. «Дождь» ждёт того, кто окажется его достойным.

Фиар вновь встрепенулась… но промолчала.

— «Дождь» имеет какое — то отношение к Шести Башням, — продолжал ольт. — Башни не замышлялись как крепость. Это был некий аппарат… очень большой…

— …Тайна которого навеки утеряна, — иронически завершил фразу воин.

— Вовсе нет, — морщины легли на лоб Вемкамтамаи. — Все знают, что Башни стоят в узлах естественных силовых линий…

Ривллим опустил голову.

— Что такое — узел силовых линий? — спросил он в конце концов. Фиар усмехнулась. Молча.

— Долго объяснять, если ты не изучал магию, — нахмурился ольт. — Я не уверен, что подобное знание безопасно излагать вслух… здесь и сейчас.

Ривллим молча кивнул.

— Скажу только одно, — ольт оглянулся. — В центре, там, где постамент, некогда находился важный элемент… аппарата.