Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Зато необходима другая привилегия, которой пользуются, как и я, несколько моих коллег, – дипломатическое освобождение от таможенного досмотра. Это ценно, ведь мой багаж обычно содержит несколько отлично действующих пистолетов, маленький, но продуманно составленный набор инструментов для взлома, а также несколько других приборов, к которым плохо относятся иммиграционные власти хорошо развитых стран.

В самолете я никогда не держу при себе оружия: во‑первых, спящий человек может случайно показать подмышечную кобуру соседу, вызвав массу ненужных волнений, а во‑вторых, только безумец станет стрелять в тесном салоне современного самолета. Именно этим, кстати, объясняются ошеломляющие успехи угонщиков самолетов, поскольку последствия выстрела могут быть непоправимыми и для стрелка.

Двери открылись, и я выпрыгнул в рукав из ребристой жести. Несколько рабочих аэродрома любезно посторонились, когда я проходил мимо, держа путь к другому его концу, выводящему в здание аэровокзала, к двум эскалаторам, переносящим пассажиров в иммиграционный зал, а также в обратном направлении. Возле движущегося снизу эскалатора спиною к нему стоял мужчина. Среднего роста, худощавый, в общем неприметный. Поравнявшись с ним, я увидел изборожденное морщинами смуглое лицо под темными волосами, холодные черные глаза и узкую щель там, где должен быть находиться рот, словом, далеко не тот тип, которого я хотел бы видеть в гостях у моей дочки. Но одет он был довольно прилично – в черный костюм и черный плащ и, хотя это и не критерий приличия, держал в руке большую и, видимо, новехонькую летную сумку.

Впрочем, какое мне дело до предполагаемых претендентов на руку несуществующей дочки? На эскалаторе, ведущем в зал аэровокзала, были четверо, и первого из них, высокого, худого, одетого в серое, мужчину, с тонкими усиками и всеми внешними приметами преуспевающего бухгалтера, я узнал сразу. Джимми Дуклос. Первая мысль: он должен считать свою информацию действительно важной и срочной, коль скоро явился сюда, чтобы меня встретить. Вторая: ему пришлось подделать полицейский пропуск, чтобы проникнуть так глубоко в аэровокзал, что, впрочем, выглядело логичным, ведь если бы проводились соревнования фальсификаторов, он наверняка стал бы чемпионом. Третья: было бы любезно дружески помахать ему рукой и улыбнуться – я так и сделал. Он ответил мне тем же. Улыбка его длилась едва ли секунду и почти тотчас застыла, сменившись выражением совершенного ужаса. Тогда я заметил, скорее подсознательно, что взгляд Дуклоса чуть передвинулся.

Я быстро обернулся. Смуглый мужчина в черной одежде уже повернулся на сто восемьдесят градусов, и стоял лицом к эскалатору, сумка его, только что бывшая в руке, оказалась странно высоко под мышкой.

Все еще не соображая, что происходит, я инстинктивно среагировал и изготовился к прыжку. Но если мне понадобилась целая долгая секунда, мужчина немедленно – мгновенно, едва я двинулся с места, резко сделал четверть оборота и рубанул меня в солнечное сплетение краем своей сумки.

Обычно такие сумки мягки и податливы. Эта была не такой. Я никогда не попадал под удар копра для вбивания свай и вовсе к этому не стремлюсь, но теперь имею некоторое понятие об этом ощущении. Эффект получился примерно такой же. Рухнув на пол. как если бы гигантская рука подломила мне ноги, я остался неподвижен. Однако сознание ничуть не затуманилось: я видел, слышал, мог даже до некоторой степени оценивать происходящее вокруг. Но не мог даже извиваться, в чем в этот миг испытывал исключительную потребность. Мне приходилось слышать о шоках, парализующих сознание, теперь довелось узнать шок, полностью парализующий тело.

Все происходило до смешного медленно. Дуклос отчаянно огляделся, но с эскалатора было не уйти. Бежать вверх мешали трое мужчин, стоящих за спиной: до меня не сразу дошло, что эти трое, казавшиеся не посвященными в происходящее, были сообщниками человека в черном и их делом было задержать Дуклоса и не оставить ему иного выбора, кроме движения вниз, навстречу смерти.

Быстрый переход
Мы в Instagram