В девяностых я уже стоял у дверей одного «модного» заведения. Там тоже пускали по пропускам и делали от ворот поворот, если ты не вышел рожей, а если точнее — связями и толщиной кошелька.

Только тогда вместо камеры на мобильнике у меня был обрез за пазухой, а за «контент» отвечала бейсбольная бита. Те, кто вели себя «криво» итого быстро забыли, как разговаривать грубо, не фильтруя разговор.

Разное бывало в лихие 90-е. Сейчас я это вспоминать не хочу.

Я проводил взглядом машину такси, водитель даже не пытался взять себе пассажира здесь, и перешел через дорогу.

Перед входом в клуб тянулась очередь из человек пятнадцати, не больше, но все как на подбор. Девчонки в коротких юбках на высоченных шпильках с разноцветными волосами и в куртках размеров на пять больше, чем следовало.

Все до одной стройные, фигуристые, но вот одеты так… я поймал себя на мысли, что из-за курток не по размеру они напоминают боевых жаб из игры на «Денди». Худые стройные ноги и массивный верх. Все дымят электронными сигаретами, пялятся в экраны телефонов.

На парковке стояли автомобили. Сплошь новенькие немцы с «блатными» номерами.

Пока я подходил ко входу подъехала черная тонированная в круг «бэха». Несмотря на закрытые окна, было слышно играющую музыку. Стекла вибрировали о басов. Всегда было интересно, как при такой громкости в принципе можно находиться внутри автомобиля.

— О-обещал, что я всю жизнь буду любить тебя, — запел мужской голосок, когда в машине опустилось окно. — Я рэпер, зай, мои слова не стоят ни… чего.

Вот тебе и идеалы, не мужское поведение здесь популяризировалось прямо в популярных песнях. Веди себя, как мудак, и ты будешь крут. Интересно, в какой момент «что-то» пошло не так?

Бумер тормознул прямо возле входа, едва не въехав в толпу девчат. Те запищали, разбежались. Пара девчонок за малым не оказалась под колесами. Из «бэхи» вывалилось пять тел в состоянии «в усос». Вышли вместе с клубами дыма, которым был укутан салон.

Самое интересное что охранник у входа даже не сделал замечания компании малолеток.

Я мельком скользнул глазами по номерам — буквы складывались в аббревиатуру «вор».

За рулем сидел малолетка в черных очках, несмотря на ночь. Он бросил тачку прямо у входа и пошел прямиком к дверям, минуя очередь. По пути шлепнул пару девчонок по заднице. Те будто были не против.

Я остановился в нескольких шагах от охранника. Рослый крепкий мужик, наушник в ухе, в руках планшет. Взгляд цепкий. Наконец, он опомнился и обратился к пятерке двадцатилеток.

— Молодые люди, переставьте, пожалуйста, автомобиль, — пробасил охранник более, чем вежливо.

— Тебе надо, ты и убери! — малолетка-водитель кинул ему ключи от «бэхи».

Охранник поймал, медленно покачал головой и протянул ключи обратно.

— Пожалуйста, уберите автомобиль. Я вас не пропущу, пока вы не поставите машину на парковку.

— Слышь, ты знаешь с кем разговариваешь? — начал возбухать водитель бумера. — Ты мои номера видел⁈

Охранник не ответил, все-таки сказал достаточно и перевел взгляд на меня.

— Тебе что? — спросил он.

— Мне на собеседование, — ответил я, стараясь не обращать внимание на малолеток.

— С кем согласовывал?

— Игнат.

Охранник кивнул, показывая, что я могу заходить. Но зайти я не успел. Молодой в очках, резко обернулся и у травился на меня.

— Слышь, а че этого без очереди⁈ — чучело в очках и с окрашенными волосами подошёл вплотную. — На хрен свали!

Я обернулся, смерил его взглядом. Заметил, что прямо на лице этого шалопая выбиты… слезы.