– Вы уже знаете, о чем будете спрашивать?

Я невинно похлопала ресницами.

– А я о чем-то должна… спросить?

Я-то думала, что пришла просто посмотреть на оракула вблизи!

Как назло, времени думать особо не было. Человек перед нами очень быстро поднялся с колен, поклонился девушке и ушел.

Опустевшее место на полу перед оракулом теперь ждало нас.

Я сделала все, как полагалось. Поклонилась, села на колени, руки сложила на бедра и низко опустила голову. Мору потребовалось чуть больше времени, чтобы выполнить эти простые шаги. Травма давала о себе знать.

– Вопрос, – произнес голос – и не женский, и не мужской. От него кожу усеяли колючие мурашки.

Меня раздирало от противоречивых чувств. Восторг и благоговение тесно сплелись со страхом и каким-то странным, бессознательным отвращением.

«Передо мной не человек», – тарабанило в висках, пока я вглядывалась в пустые серебряные глаза. Казалось, они видят меня насквозь… А потому меня пробрало холодом, когда оракул вдруг улыбнулся.

Это выглядело неестественно. Все равно что дикий зверь, виляющий хвостом.

– Твой страх отравляет и жизнь, и смерть, – произнесла оракул.

Ее голос будто впечатывался в сознание.

– Ч-что?

– Ты знаешь, о чем я. – На лицо девушки вернулось холодное равнодушие. – Любимица Пустоши. Вопрос?

– У меня нет… – начала я шептать Мору, но тот понял меня с полуслова.

Дальше с оракулом бога магии говорил уже он.

– Страж, мы хотим знать, нет ли на девушке проклятия.

Я нахмурилась. О чем он? Об оракуле или…

– Мне не хватает сил выявить чужое заклятие, но я почти уверена, что кто-то повлиял на память Лириды.

Мор низко наклонился, его лоб почти коснулся пола у колен оракула. Я растерялась, но тоже поклонилась и прикусила губу.

Что все-таки я должна помнить? Почему Мор из-за этого так переживает? Это ведь глупость! Нет на мне никакого…

– На девушку и правда наложены чары частичного забвения, – разнеслось надо мной.

Я резко вскинула голову и увидела, что над ней зависла бледная рука оракула.

– Вы поможете снять эти чары?

– Люциус Мор, ваша забота о будущем оракуле Пустоши очаровательна, но опасна. Вы ведь знаете об этом?

– Я не делаю ничего дурного. Лишь хочу изучить Лириду. Вы, как оракул бога магии и знаний, разве не поощряете мое рвение?

У меня скрипнули зубы от того, как я неосознанно сильнее стиснула челюсти. Оракул же вдруг снова улыбнулась одними кончиками губ.

– Великий Судья бы не одобрил ваши речи, Люциус.

А это к чему было сказано? При чем тут бог истины?

– Но я – не он, – продолжила оракул. – И я помогу вам.

Краем глаза я увидела, как облегченно опустились напряженные плечи Мора.

– И Лирида вспомнит?..

– Не сразу. Даже я не могу снять чары разом, это опасно для разума, с которым магические сети давно переплелись. Потребуется несколько дней, а то и недель, чтобы девушка все вспомнила.

– О чем я должна вспомнить? – Я вопросительно посмотрела на Мора, затем на оракула. – Если речь о нескольких неделях, то у меня их может не быть. Церемония…

– Если не вспомните, считайте, что Пустошь уберегла вас от бессмысленных терзаний. Что бы ни хранила ваша память, вы не сможете забрать это в новую жизнь.

– Тогда, может, и не стоит пытаться? – покачала я головой.