Глядя на это, я испытывала смешанные эмоции. Вещь, тесно связанная со мной, хранится у профессора под сердцем.

– Откуда у вас это? Кто вам помогал создать артефакт?

Я села на лавку напротив Мора. Нас разделял стол и многолетняя тайна.

– Не уверен, что для этого разговора сейчас самое время.

Уж не знаю, на что профессор намекал. На то, что не может говорить, пока я не вспомнила все, что Лоркраф стер из памяти? Или потому, что мы забаррикадировались в хлипком домишке в какой-то жуткой деревне?

– Сейчас самое время, профессор. Я вспомнила все.

Его глаза будто просветлели и засветились изнутри надеждой. Мор пораженно смотрел на меня и явно пытался подобрать слова, которые сейчас совершенно не шли.

– Все? – недоверчиво спросил он. Во взгляде застыла немая мольба.

Боги… Как долго он хранил в себе тяжесть этой тайны, которой не мог ни с кем поделиться?

– Вам было больно уезжать в Далитт, зная, что можете никогда не вернуться оттуда?

Одна эта фраза дала Мору понять: я не лгу. Я помню все и ужасно сочувствую.

В тот же миг напускное спокойствие слетело с него. Профессор будто отпускал весь мрак, что накопился в душе. Он ссутулился, низко опустил голову. Смотреть на него и ничего не предпринимать было невыносимо…

Я поддалась порыву и пересела на лавку к Мору. Накрыла его дрожащую руку своей и в награду получила прямой взгляд изумрудных глаз.

– Мне жаль, что это случилось из-за меня, профессор. Жаль, что из-за магии забвения вы остались в одиночестве со своей бедой. Но теперь я вспомнила, и Лоркраф не останется безнаказанным.

– Я не ради этого хотел, чтобы вы вспомнили. – Мор осторожно высвободил руку. С каждой секундой он будто сильнее замыкался в себе.

– Лоркраф – урод, – не стесняясь преподавателя, выругалась я. – Он поплатится за все, что сделал со мной и с вами. Обещаю, я решу эту проблему до церемонии становления оракулом.

– Проклятье! – Мор как-то нервно хохотнул. Отодвинулся от меня и бессильно покачал головой. – Это не лучшее, что вы могли сейчас сказать!

Меня задели его слова. Я тоже отодвинулась на самый край лавки. Не зная, куда от волнения деть руки, спрятала ладони в карманы кафтана.

Но мое раздражение быстро сменилось растерянностью, когда я задумалась: почему сказанное огорчило Мора? И что он на самом деле надеялся услышать?

– Мы говорили не об этом, – сухо напомнила я. – Тот кулон. Вы так и не сказали, как и зачем он сделан?

Мор несколько секунд без эмоций вглядывался в мое лицо, будто ждал чего-то. В итоге он тяжело вздохнул, нервно потер подбородок, на котором начала проступать щетина…

– Когда я понял, что проклятие Лоркрафа сильнее моей воли, стало ясно, что нужно уезжать в Далитт. Вы видели, как проклятие действует на меня…

Я поджала губы и кивнула. Помнила, как Мора скрючило от боли, как он умолял подать ему лекарство.

– После всего случившегося я присматривал за вами какое-то время, пока еще мог оставаться в школе. Но потом… Нужно было уезжать, а оставлять вас одну я не хотел. Тогда я обратился за помощью к Эттери. Она одна из немногих знала о вашем предназначении, ведь лично присутствовала на церемонии определения уровня силы.

Я задумчиво кивнула. Нехорошая мысль снова закралась в голову: Эттери видела, как Лоркраф хотел обойтись со мной, но не стала встревать. Побоялась? Или дело в чем-то другом?

– Перед отъездом я попросил профессора Эттери помочь создать артефакт по чертежам моего школьного друга. Вещь полезная, но в широкий оборот не вошла из-за сложности изготовления.