Волконский в общих чертах обрисовал план действий и перечислил тех людей, кто нам может потребоваться. Не на уровне вербовки и включения в команду, а на уровне знакомства и обозначения общих интересов. Мне оставалось только соглашаться, насколько хватало знаний, план Владимира был разумным и вполне осуществимым. Один лишь момент: я практически ничего не знал о тех людях, которых упоминал Владимир. Все они погибли вместе с императорской семьёй.

Мы вернулись к развитию и методикам тренировок.

— Звезда Аида, значит? — князь отрицательно покачал головой. — Зря. Я бы однозначно выбрал Зевса. Ближний бой — ерунда, сильный маг всегда превзойдёт рукопашного бойца. Мой род едва не исчез, потому что не осознал вовремя эту истину.

Пожимаю плечами:

— Я получу и то и другое.

— И Аид станет обременением, — не принял мой аргумент Владимир. — Какой у тебя сейчас ранг?

Меня, в общем-то, забавляла позиция князя. В любом случае он может думать всё, что хочет, лишь бы мне не мешал.

— Одиннадцатый.

— Не так уж плохо, — оценил Волконский.

Мысленно хмыкаю. Как же, не так уж и плохо. До такого уровня развития узлов самому князю без моей помощи тренироваться и усердно работать ещё десяток лет. А если не будет усердно — все двадцать. Исток, вита, титан, зверь, вертекс, всё на максимуме, анх, понятное дело, тоже. Икар, медиаторы и колодец вышли на восьмой ранг без моего вмешательства, только от того что я пользуюсь магией. По факту я уже сильный боевой маг со специализацией на ближний бой. Всё изменится на семнадцатом ранге. Изменится резко, разом выводя меня в самые могущественные маги современности. Когда завершу Зевс… Разговоры пойдут совсем по-другому.

— Не жалуюсь, — пожимаю плечами.

— Это пока. Надо срочно тебя вытягивать на шестнадцатый минимум. Твои знания плюс мои ресурсы — и результат не заставит себя долго ждать. На этом и сосредоточимся, что у тебя есть из наиболее доступного?

Владимир уходил пока от темы собственного развития. Подавал князь это как нечто само собой разумеющееся, ведь не могу же я приложить руку к развитию всех остальных своих товарищей и не помочь князю. Я хорошо понимал, что Волконский хотел сильнее меня зацепить, чтобы я привык пользоваться его ресурсами, его связями, его влиянием. И не захотел от него уходить. Ведь в спорной ситуации я буду вынужден выбирать, мириться с его желаниями или лишиться всех тех благ, что князем обеспечены. Владимиру хотелось бы, чтобы я выбрал первый вариант. Посмотрим, кто кого переиграет, Павел вон стремился в лидеры, и ничего, получил команду и успокоился.

Когда мы закончили с развитием, текущим и будущим, Владимир спросил о состоянии команды.

— Как вы после побоища?

— Побоища? — удивила меня формулировка.

Волконский хмыкнул.

— Вы напали на Тихомирова прямо в штабе СБ. Не подождали где-нибудь, где князя не будет окружать сотня человек охраны, а вломились прямо в штаб. С боем пробились к Тихомирову, положив большую часть личного состава. Поэтому да, побоища.

— Я должен был убедить Тихомировых, что могу дать сдачи. Убедил.

Княжич рассмеялся.

— О, да! Именно так!

На это мне было нечего ответить, поэтому вернулся к прошлому вопросу.

— Все целы, восстановятся за день-два полностью.

Владимир понимающе кивнул:

— Вита у всех. И анх?

Мне осталось лишь подтвердить.

Мы ещё обсудили взаимодействие и ближайшие планы, прежде чем Владимир отпустил меня домой.

В машине мои мысли занимал князь и то, насколько он мог изменить сложившееся положение вещей.