— В нашей ссоре. В разрыве между нами, в том, что произошло с Реми. — Она с грустью показала на кровать. — Во всем надо винить только меня.

— Надо же! Так это ты подстрелила капитана? Что ж, тебя очень даже можно понять. Мне часто хотелось сделать нечто подобное с Ренаром. Особенно когда я узнала, что у него действительно была та проклятая книга.

Шутка сестры застала Габриэль врасплох. Арианн всегда была редкостно, даже болезненно серьезна. А теперь она шутила и пыталась поддразнить сестру, чтобы снять неловкость. Но ее мягкий юмор произвел неожиданный эффект. Глаза Габриэль наполнились слезами.

— Эри… я… сколько же всего я… натворила. — У нее задрожал голос, и она разрыдалась.

Арианн молча обняла сестру. Сколько раз Габриэль противилась ее утешениям! Но теперь она с готовностью таяла на терпеливом и мягком плече Арианн, выплакивая все свои страдания, страхи, боль и напряжение, которые скрывала со дня их ссоры с Реми.

Арианн убаюкивала ее, поглаживая волосы, нежные, исцеляющие прикосновения напоминали ласковые руки покойной мамы.

— Тише, дорогая моя. Не случилось ничего такого, чего нельзя было бы исправить.

— Нет… ты не знаешь. Ты понятия не имеешь… сколько всего я натворила.

— Боюсь, я имею некоторое представление обо всем. — Она взяла Габриэль за подбородок и стала промокать ее слезы. — Неслучайно же Бетт отправилась за тобой в Париж в поисках работы. Это я послала ее.

Глаза Габриэль расширились, и Арианн стала торопливо рассказывать:

— Не могла же я примириться с мыслью, что ничего не буду о тебе знать. Тем более в таком опасном городе, да еще при дворе, под боком у Темной Королевы. Я послала Бетт, наказав ей посылать мне регулярные сообщения. Голубей она держала вовсе не для твоего обеденного стола.

— Я должна была догадаться. Ненавижу пирог с голубями, и Бетт это знает.

— Пожалуйста, не сердись на нее. Это была моя идея, я заставила ее.

— Я вовсе не сержусь ни на нее, ни на тебя. Наверное, когда-то я была слишком глупа и впадала в ярость. Но я так боялась, что ты больше не захочешь ни видеть меня, ни слышать обо мне, что… что я так опозорила тебя, разочаровала, превратившись в куртизанку, поселившись в доме отцовской любовницы. Я думала, ты возненавидела меня.

— Габриэль, ну как ты можешь такое думать? Мы с тобой всегда несколько расходились во мнениях…

— Мягко сказано, — улыбнулась та.

Арианн улыбнулась ей в ответ, но губы у нее дрожали.

— Меня волновал твой выбор, я боялась за тебя, мне бывало больно и горько. Но ты же моя сестра. Я буду всегда любить тебя, кем бы ты ни была. — Глаза Арианн наполнились слезами. — И мне так тебя не хватало!

— Мне тоже не хватало тебя.

Арианн последний раз судорожно втянула воздух и постаралась взять себя в руки.

— Теперь расскажи… Говорят, вы с Реми обручилась.

— К сожалению, все уже кончено, — печально покачала головой Габриэль. — Ты ведь не слышала остальную часть истории, Бетт этого не знала.

— Но, милая моя, Бетт тут совсем ни при чем, мне все рассказал Реми.

— Реми? — сильно удивившись, эхом отозвалась Габриэль.

— Когда Мири известила нас о требовании Симона Аристида, мы с Ренаром сразу же направились в Париж. Первое, что пришло нам в голову, было связаться с Реми, но только случай помог нам найти его. Твой Бич буквально прочесывал город в поисках Лассель.

— Касс? Но зачем?

— Реми задумал заставить ее рассказать правду и оправдать тебя.