Сам я прокручивал в голове совершенно другое. В живых из отряда разведки Сивого осталось семеро. Плюс, точно несколько человек в квартале. Не поверю, что зэки оставили свой лагерь без охраны. Хреново. А это еще не учитывая, что существовал какой-то Натюрморт. Художник, что ли? И если он сильнее Сивого, раз способен отобрать часть награбленного, значит, и людей у него больше. Совсем беда.

Я позадавал еще несколько наводящих вопросов, после чего объяснил правила нашего общежития. Кора кивала, соглашаясь с услышанным. Но в конце я все же сказал то, что меня волновало.

— Решение о твоем приеме к нам за мной. Извини за бестактность, но надо понять, какую пользу ты можешь принести отряду. Поэтому не обижайся, однако все будет упираться в твои способности.

— Я понимаю, — опустила голову Кора, готовая разреветься. А я ощутил себя последней мразью. В этом и заключается роль лидера. Иногда приходится принимать сложные, но, как правило, уместные решения.

Напряженное молчание разрешило появление Гром-бабы с Алисой. «Девчонки», а после сорока для мужика все особи женского пола становятся «девчонками» шли налегке. И только возле стола Громуша вытащила из инвентаря огромную кастрюлю с ароматной гречневой кашей. Я повел носом и в животе заурчало. С тушеночкой.

— А чего мясо не разморозили? — поинтересовался я. — Там осталось же еще.

— Говно твое мясо, Шипастый, — безапелляционно заявила Громуша. — Резиновое, как подметка. По три часа в кипящей воде плавает, а все равно выглядит, будто его кто-то уже пытался есть, — и спокойнее добавила. — Поставила вариться. На ужин будет.

Алиса тем временем мрачно выложила посуду, и накладывала кашу по тарелкам. Глаза подняла лишь один раз, когда выдала мне порцию.

— Крыл, метнись к Психу, — протянул я тарелку. — Скажи, поменяю его скоро. И еще. Вот, — я вытащил десять камней. — Это его доля за то, что поднял тревогу. И заметил остальных.

Пацан кивнул. Я еще хотел сказать, чтобы он попусту не тратил силы на боевую трансформацию, а поднялся ножками. Но куда там. Крыл упорхнул быстрее. Засранец.

Когда он вернулся, я выложил остальные камни. Тридцать две штуки. Наш небольшой отряд жадно впился в них взглядом.

— Десять Гром-бабе. Хорошо станковала, переключила на себя внимание опасного противника. Двенадцать Слепому. Убил врага, помог обезвредить второго. Десять мне. Возражения?

Никто и слова не сказал. Громуша и Слепой сгребли камни и поглотили их. Но я все же решил высказаться.

— Как я и говорил, опыт получают те, кто принимают активное участие в боях. Извини, Крыл.

— Ничего, я все понимаю, — ответил вернувшийся пацан.

Но его щеки запунцовели, а сам он опустил голову к тарелке. Обиделся? Может быть, но я с ним еще поговорю. К тому же, у меня имелся для него бонус на перспективу.

Свои камни я тоже сразу поглотил, не без удовольствия отметив изменение в статистике.

4

49/100

И то хлеб.

Ели молча. Гром-баба все пыталась сказать что-нибудь ободряющее Коре, но, видимо, не находила слов. Алиса беседовать не была настроена. Мы со Слепым и Крылом тем более. Потому что понимали, после обеда придет время Х. Время применения способностей Коры и вынесения вердикта.

Собрав посуду, Алиса уже хотела отправиться восвояси. Видимо, Громуша определила ту на роль посудомойки. Правильно, надо обламывать нашу красавицу. Но я остановил ее.

— Не расходитесь. Кора, ты готова?

Блондинка нервно сглотнула, но кивнула. Она вышла из-за стола, почему-то сжала кулаки, а после перешла в боевую трансформацию.