Первое, что меня смутило — все квартиры были открыты. То есть замки не выломаны, косяки не выбиты, как у меня, а открыты. Либо у нас тут гениальный медвежатник, либо одно из двух, как говорил Черномырдин.

Хотя, у всех дверей почти однотипные, «простые» замки. Личинка для ключа с внешней стороны, а с внутренней запорный штифт. Значит, наш инкогнито как-то проникал в квартиру и открывал ее? Вопрос — как? Окна целые.

Второе — здесь, как, впрочем, и везде, царил идеальный порядок. Даже в квартирах, где осталось множество добра, все сложено аккуратными кучками, подальше от проходов. Получается, инкогнито сюда частенько захаживал. Или допускал возможность, что будет проходить.

Мне, как и любому человеку, жутко не нравилось, когда я встречался с тем, что не понимал. И надо сказать, сейчас я был невероятно встревожен всеми странностями, которые на нас обрушились. Так сильно, что плюнул на свое добродушие и вытащил пистолет. Ну все, теперь я во всеоружии. Не договоримся, одним одиночкой станет меньше. Уж слишком этот тип загадочный. А я, как нормальный русский человек, больше за конкретику.

Правда, ее стало чуть больше на втором этаже. Пол возле нескольких квартир и на лестнице темнел бурыми грязноватыми пятнами. И несмотря на то, что кто-то тщательно пытался их очистить, получилось плохо. Потому что кровь хреново отмывается. Значит, здесь инкогнито и расправлялся с новичками. Еще один тревожный звоночек — хозяин квартала чувствует себя в безопасности именно в небольших замкнутых помещениях.

Понял это и Псих. Потому что его рот попросту перестал закрываться. Правильно, друг, правильно, теперь вообще расслабляться нельзя. Каким бы трусом инкогнито не был, но крыса, загнанная в угол, может напасть и на кота.

Когда мы поднялись на третий этаж, сердце бешено зашлось, пуская по крови адреналин. Чистая площадка, четыре двери и неизвестность. Я тихонечко толкнул первую, оглянувшись на Психа. Эхолокация подтверила, внутри никого. Закрыл ее и пошел осматриваться дальше. Вторая дверь, третья… А вот четвертая оказалась заперта.

Поднес палец к губам, прислушался. Внутри тихо. Однако, я буквально кожей ощущал, что там кто-то есть. Подобно гончей, почувствовавшей зайца, но еще не увидевшей его.

— Не расслабляйся, — прошептал я на ухо Психу.

А потом осторожно постучал костяшками пальцев о личинку замка. Звук разнесся по всему подъезду так громко, что я невольно вздрогнул.

— Добрый день. Мы бы хотели поговорить с тобой.

Внутри предательски скрипнула половица. С места сошел, волнуется. Это хорошо. Правда, еще немаловажный вопрос, кто из нас дергается больше.

— Мы войдем?

Сказал, но вместе с тем не предпринял ни малейшей попытки проникнуть внутрь. Во-первых, это было бы не так просто. Окажись под рукой фомка, можно попробовать отогнуть косяк от замка. Однако на это уйдет какое-то время. Во-вторых, я надеялся, что сейчас инкогнито проявит себя. Как та самая крыса, загнанная в угол. И мои опасения подтвердились.

— Он внизу, на втором этаже! — почти заорал Псих.

Я укоризненно поглядел на него. Ну, вот зачем, спрашивается, так голосить? Пришлось двумя прыжками спускаться до пролета, а потом так же быстро выскакивать на лестничную площадку второго этажа. Я точно помню, что все двери закрывал. Однако одна из них сейчас оказалась распахнута. И находилась она аккурат под запертой квартирой инкогнито. Могу поклясться, что никаких тайных лазов или прорубленного потолка здесь не было. Значит, он умеет как-то проникать через стены. Любопытно. И крайне неприятно. С одной стороны, подобный союзник будет весьма полезен в диверсионных вопросах. С другой — жить с тем, для кого замки и закрытые двери всего лишь условность — не вполне приятно.

— Уходит! — крикнул сверху Псих.