В ответ появилась новая серия пузырьков, и существо еще энергичнее замахало тонкими пушистыми руками. Как и в первый раз, он обратил внимание на кисти рук: на каждой было по семь пальцев.

— Ты, что, хочешь выбраться оттуда? — добивался своего Чад. — Почему ты не плывешь?

Внезапно его осенило, что скорее всего существо не умеет плавать. В свои тринадцать лет Чад еще не понимал, что объем легких другого существа в соотношении к его телу может быть недостаточным для поддержания естественной плавучести тела. Он решил, что существо ранено, и ему требуется помощь. Став на колени, он плеснул себе в лицо водой, прогоняя последние остатки сна. Заставив себя забыть о холоде, он лег на живот и как можно глубже опустил руку в воду. По телу пробежала дрожь. Чад почувствовал, как его руку охватили пальцы существа. Напрягшись изо всех сил, он потянул его наверх. Длинноухая мордочка появилась над водой, извергая из себя воду и задыхаясь от кашля. Чад чувствовал бы себя так же, если бы его слишком долго продержали под водой. Он продолжал тащить незнакомца на сушу. Пытаясь помочь ему, существо отталкивалось второй рукой от земли. Чад обеими руками подхватил его под мышки и приподнял. Несмотря на свою кажущуюся хрупкость, существо оказалось неожиданно тяжелым. Крупные серьги покачивались в обвисших ушах. Яркие полоски ткани на руках и ногах волочились по земле. Мокрая шерсть добавляла веса его телу.

— Тебе нужно к огню, — проговорил Чад сквозь стиснутые зубы. — Давай попробуй встать.

Громадные ноги, обутые в сандалии, мешали Чаду наполовину тащить, наполовину нести на себе старого незнакомца к лагерю. Он уложил его на спальный мешок и бросился разжигать костер.

Вода тонкой струйкой сбегала из уголка рта существа. Его дыхание было резким и прерывистым, большие глаза закрыты. Теперь, мокрый и жалкий, инопланетянин не производил на него такого сильного впечатления, как в первый раз, но не трудно чем-то удивить в тринадцать лет так же сильно, как и в восемь.

— Держись, — он старательно раздувал огонь. Чад подбрасывал сухие веточки до тех пор, пока костер не занялся жарким пламенем. Облегченно вздохнув, он подтянул спальный мешок с инопланетянином как можно ближе к огню. Развернув очередную шоколадку, он уселся перекусить.

— Надеюсь, тебе лучше.

— Да, — большие глаза открылись.

— Значит, ты все-таки умеешь говорить. Впрочем, я никогда не верил, что это все мне показалось.

— Я долгое время изучал ваш язык. Он не очень трудный. Вот только говорите вы невыносимо громко.

— С такими ушами, как у тебя, проблем со слухом не будет, — Чад перешел на шепот.

Ухо собеседника изогнулось, и мальчик безошибочно определил юмористический характер жеста.

— Спасибо, что стал говорить тише.

— Не за что. Ты выглядел так смешно, барахтаясь на дне ручья. Ты, что, хотел утонуть?

— Утонуть? — инопланетянин заколебался. — Нет, не утонуть. Я… — длинная тонкая рука указала на огонь. — Я увидел твой лагерь. Ты спал, и я решил осмотреться. Мне показалось, что я тебя узнал.

«Значит, тот самый», — подумал Чад. Он не знал радоваться этому или огорчаться.

— Я хотел убедиться, — продолжал его собеседник. — Я попытался найти место, откуда бы смог как следует рассмотреть тебя, не выдавая себя. Я вошел в воду, думая спрятаться там, и не заметил, как оступился.

— Не расстраивайся. Со мной тоже такое случалось.