— Ты жив, — вновь произнесла она, констатируя факт. — Но… как? И как узнал, где меня искать?

— То, как я выжил… это долгая история, — немного подумав, я решил, что рассказывать все по дороге — не самая лучшая идея. — Извини, что так внезапно явился. Да и вообще, не слишком хорошо получилось.

— За меня не переживай. Мне не нравилась эта работа, но найти подходящее место для фуори, где платят не гроши, крайне сложно. Разве что в борделе. Там любители экзотики могут оставить целое состояние.

— Вернешься на прежнее место? — спросил я. — Дом сейчас переживает не лучшие времена, и лишняя пара рук будет кстати.

Она подняла на меня свои серые глаза и улыбнулась.

Улыбнулась!

Я лишь каким-то чудом смог сдержать собственные нахлынувшие эмоции.

Странно. Находясь там, под землей, я их почти не испытывал. Вначале был страх, но спустя месяцы борьбы за собственное выживание я перестал его испытывать. Чувства стали ненужным рудиментом, мешающим выживать. Даже встреча с Эммой не смогла полностью их вернуть, лишь заставила всколыхнуться то, что я считал уже давно потерянным. Но сейчас. Сейчас все было иначе.

Они захлестывали. Мне одновременно хотелось смеяться и плакать. Биться в истерике и бить морды всем вокруг. Но в то же время внешне я был совершенно спокоен.

Пришло неожиданное осознание — я жив. Казалось бы, сущая глупость и очевидный факт. Я выжил, я выбрался. Но лишь сейчас, сидя в трамвае и держа за руку девушку, о которой очень много думал эти месяцы, я понял, что выбрался. Понял, что дышу. Понял, что живу.

— Не думаю, что у меня есть выбор, — после недолгой паузы ответила Сильвия, вырывая меня из внутренней бури. Девушка явно была рада этому предложению, но она не привыкла выражать свои эмоции, и после минутной слабости виновато опустила глаза, словно стыдясь этой улыбки.

Она до сих пор сжимала мою руку, и я ощущал тепло её ладони, но говорить об этом не стал, догадываясь, как она отреагирует.

— Виктор…

— Да?

— Я тебя искала…

— Я слышал от Винса. Не слишком переживай об этом. Я вернулся, теперь все будет хорошо.

— Да. Наверное, — немного неуверенно отозвалась она.

Воцарилось неловкое молчание, и прервала его именно девушка. То, что она сказала, меня не сильно обрадовало.

— Зря мы повздорили с советником Рубеном.

— Плевать, — отмахнулся я. — У них нет реальной власти. Игра в самоуправление, не более того. Пойти против дворян, пусть и бывших, они не осмелятся. У многих из «старых семей» до сих пор есть знакомства в высших кругах. В том числе и Кругу Лордов. Я не раз бывал на банкетах, устраиваемых лордами, и во время последнего заработал это, — я демонстративно выставил вперед правую ногу.

— Я не о том. Советник Рубен, он… другие девушки называли его «мутным».

— Да? — слегка заинтересовался я.

— Говорят, он раньше занимался незаконными делами. Доказательств нет, но… как говорили девушки: «слухи на ровном месте не появляются».

— Вот как, — задумался я, почесав подбородок и посмотрев в окно. — Не думаю, что парочка гангстеров — самая худшая из наших возможных проблем.

— О чем ты?

— Потом расскажу, — решив не тревожить её раньше времени. — Лучше расскажи, как тебя угораздило попасть на работу в такое место? И хорошо ли платили.

— Достаточно, но меньше, чем другим девушкам. А ещё Хэндриксу почему-то не нравилось, как я улыбаюсь.