|
Олли показал мне особый метод компьютерной обработки информации, содержащейся в рапортах и показаниях свидетелей. С помощью этого метода я исследовала показания, взятые после каждого из убийств. Никто не заметил ничего необычного – ни свидетели, ни полицейские, ни мы. Однако компьютеру это удалось. – Лейси, вытянув руку, помахала зажатым в ней листком бумаги. – Вот здесь у меня цитаты из показаний. После того как компьютер свел их воедино, все стало ясно. Взяв у Лейси листок, Сэвич принялся громко читать вслух: – «Вокруг никого не было, лейтенант, просто ни души. Ну, не считая пациентов, само собой. Все они были напуганы, некоторые полностью потеряли ориентацию. Вполне нормальная реакция для сложившейся ситуации». Это выдержка из показаний ночной сиделки. А вот что сказал уборщик: «Вокруг не было никого подозрительного – одни только старухи, но их всегда везде полно. У всех у них душа ушла в пятки. Я помог нескольким добраться до своих комнат». А вот еще: «Одна из старушек даже упала в обморок. Я дотащил ее до ближайшей комнаты – это была комната отдыха. Вот бедолага. Она не хотела, чтобы я уходил, просила меня побыть с ней, но я не мог остаться». При этих словах один из сотрудников, Ромеро, мужчина с длинным узким лицом, чем то напоминающий принца Чарльза, так и заерзал на месте. Шевеля густыми, сросшимися на переносице черными бровями и сверкая черными же глазами, в которых светился живой и гибкий ум, он воскликнул: – Хорошо сработано, Шерлок! Последняя цитата взята из показаний полицейского. Подумать только, полицейского! Господи, значит, преступник все время был на виду, а на него никто не обратил внимания. Сэвич обвел взглядом одного за другим всех агентов. – Итак, – сказал он наконец, когда все глаза устремились на него, – вы считаете, что ответ на интересовавший нас вопрос найден: убийца гримировался под старую женщину, обитательницу домов престарелых? – Мне эта версия представляется вполне логичной, – заметил Джордж Хэнке, ветеран, проработавший в ФБР тридцать пять лет. – Это дело ведешь ты, – сказал Сэвич, обращаясь к Олли. – что скажешь? Олли во все глаза смотрел на Лейси – было видно, что он задет за живое. – Я ничего не знал о том, что Шерлок собирается предпринять. Я бы сказал так: мне ее вывод кажется чересчур прямолинейным. Получается, что разгадка лежала на поверхности и мы – полные идиоты, раз не смогли ее увидеть. Разумеется, местная полиция анализировала показания свидетелей, и мы тоже, но, судя по всему, ни мы, ни они не продумали все достаточно глубоко. Первое, что надо сейчас сделать, – позвонить тому полицейскому и как следует расспросить его о женщине, которую он оттаскивал в комнату отдыха. – Хорошая идея, – заметил Сэвич. – Это вполне может дать результат – при условии, что полицейский ничего не забыл. – Сэвич повернулся к Лейси: – Насколько я понимаю, Шерлок, у вас нет уверенности в том, что убийца – еврей или, наоборот, ненавидит евреев? Я имею в виду, не обитательниц домов престарелых, поскольку только две из убитых старушек оказались еврейской национальности, а, скажем, владельцев приютов, Или вы окончательно отвергли идею со звездой Давида? – У меня нет определенного мнения ни по одной из упомянутых вами версий, сэр. Мысль о том, что убийца, возможно, маскируется под пациентку, пришла мне в голову совершенно случайно. Просто повезло. – Да, скорее всего так, – сказала, вставая с места, Ханна. |
